Спаси меня

Я открыл глаза. Руби немного отстранилась и застыла в этой позе.

– Что? – хрипло спросил я.

– Все хорошо. Я тебя прощаю, – медленно повторила она, поглаживая меня по груди. – Это не значит, что я забыла, как ты себя вел. Если ты еще раз устроишь мне такое… – Она пожала плечами. Когда я увидел ее осторожную улыбку, то от нахлынувшего облегчения оказался почти без сил. Я обнял ее, привлек к себе и беззвучно пробормотал ей в губы:

– Я не буду. Я больше не буду, обещаю.

Потом я поцеловал Руби.

Я попытался показать тем самым, как сильно был ей благодарен и как хотел разделить с ней все те чувства, что бурлили во мне. Руби перекатилась на меня, и я крепко держал ее. Она дразнила языком и водила им по моей губе, которая все еще болела. В порыве страсти я обхватил язык Руби губами, отчего она начала задыхаться.

Не знаю, как мы пришли к этому, но в эту секунду я чувствовал себя так, словно мог летать. Руби простила меня. Она простила меня и хочет остаться в моей жизни.

В следующий момент она начала расстегивать мою рубашку.

– Что ты делаешь? – хрипло спросил я.

– Раздеваю тебя.

Она дошла до последней пуговицы, пока перед ней не открылся полный вид на голый торс. Она прикусила губу и потрогала мой живот сперва робко, потом чуть смелее. Взгляд, с каким она пожирала мое тело, заставил меня с благодарностью вспомнить о тех многочасовых тренировках, которыми я доводил себя до изнеможения весь последний месяц.

Когда Руби наклонилась и начала целовать живот, я резко втянул воздух. Потом вдруг почувствовал ее язык совсем низко и приподнялся на локтях:

– Что ты делаешь?

Она посмотрела на меня из-под полуопущенных век.

– Разве это не то, что делают парочки, когда мирятся?

– А мы парочка?

– Ну уж моим бонусным другом ты точно не будешь. Такой мне не нужен.

Я ухмыльнулся:

– Бонусным другом?

– Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.

– Как может человек с таким высоким IQ, как у тебя, со всей серьезностью произносить словосочетание «бонусный друг»? – пробормотал я, забавляясь, и получил удар в солнечное сплетение, вызвавший у меня болезненный стон. – Мне больше нравилось, когда ты использовала для этого язык.

Еще один удар, и она снова поднялась, пока ее лицо не поравнялось с моим.

– Ты действительно считаешь, что тебе уже можно быть таким наглым?

Казалось, мое колотящееся сердце того и гляди разорвет грудную клетку. Руби села на меня сверху, ее торс плотно прижался к моему, и пуговки блузки слегка царапали мне кожу. Стояк был такой, что в брюках стало больно, и я на мгновение приоткрыл глаза, когда Руби задвигала бедрами. Боже…

Я хочу ее.

Я так ее хочу, как никогда еще никого не хотел.

– Я стану для тебя всем, что ты пожелаешь, – хрипло сказал я, ручаясь за каждое слово. – Другом, бонусным другом, всем.