Спаси меня

 – Вы еще заняты, или у вас есть время для нас?

Портной возмущенно глянул на него:

– Разумеется, я в вашем распоряжении, сэр.

Джеймс повернулся ко мне:

– Руби, это Тристан Макинтайр, главный закройщик «Бофорт». Тристан, а это Руби Белл. Она руководит организационным комитетом Макстон-холл.

Я взглянула на Джеймса, подняв брови. Удивило, как он меня представил. Ведь мог бы просто сказать, что я учусь с ним в одной школе. Да и вообще ничего не говорить, кроме имени.

Тристан одернул пиджак и слегка выпрямился. А затем показал свою заготовленную улыбку:

– Мистер Бофорт не так часто приводит сюда школьных друзей, тем более приятно с вами познакомиться, мисс Белл.

Я ответила на его улыбку и протянула руку. Он взял ее, но вместо того, чтобы пожать, повернул и поцеловал мою ладонь. Я тотчас почувствовала непреодолимое желание сделать книксен. Но, к счастью, сдержалась и вместо этого сказала:

– А мне еще приятнее, мистер Макинтайр.

– Называйте меня просто Тристан.

– Ну, только если вы будете называть меня Руби.

Его улыбка стала шире, и он с многозначительным видом обратился к Джеймсу:"

"– Мы заказали несколько костюмов из архива. Они наверху в закроечной. Пройдемте за мной, если не возражаете.

Он повел нас к темной деревянной двери, ведущей на лестницу.

– Надеюсь, вам понравятся наряды, которые мы отобрали, – сказал Тристан по дороге наверх. – Их эскизы сделал лично ваш прапрапрадед, мистер Бофорт.

Я удивленно взглянула на Джеймса, но его лицо даже не дрогнуло, когда он ответил:

– Не сомневаюсь, что они подойдут для нашего случая.

– Это что же, «Бофорт» основал твой прапрапрадед? – С любопытством спросила я, но Джеймс промолчал.

Тристан кивнул:

– Именно так, вместе со своей супругой в 1857 году. А вы знали, что вначале «Бофорт» был домом моды как для мужчин, так и для женщин? Только в начале двадцатого века было решено сосредоточиться на мужской линии.

Это я знала – с тех пор, как Лин предложила попросить костюмы у Джеймса. Я тогда возразила, что это, мол, ничего не даст, потому что не будет женского платья, после чего она рассказала о становлении Бофорт-моды и показала красивые картинки дорогущих платьев, которые продавались под этим брендом.

– Да, – запоздало ответила я. – Но я не знаю почему.

– У нас тогда было тяжелое экономическое положение, – наконец подключился Джеймс. – Мой прадед принял ряд ошибочных решений, и мы едва не обанкротились. Единственным выходом была узкая специализация.

– Тогда «Бофорт» и стал тем брендом, который работает по сей день, – объяснил Тристан так, будто сам присутствовал при этом. – Никто не умеет шить костюмы так, как мы. У нас вы получите все, чего душа пожелает, – от повседневной одежды до вечерних костюмов.