Темная империя. Книга третья

Удар огнем и спустя мгновение лишь пепел лежал на выжженном искусственном камнем песке. Безжизненный пепел.

– Прощай, мама, – глухо произнес Таэлран.

* * *Третье королевство. Сарда

Найрина Сайрен

Это было крайне неспокойное утро – едва я легла спать, в двери вновь постучали и на этот раз посетителю требовался Ниран, который даже не успел выяснить, зачем ко мне приходили аристократы. Ниран ушел, заперев вход магией.

Но вскоре мой тревожный сон был нарушен чьими-то криками, после топотом многочисленных ног по улице, затем взрывом где-то далеко, но взрывом столь мощным, что дрожали стекла.

Стоит ли говорить, что я не выспалась совершенно – бессонная ночь по вине лорда Эллохара, излишне раннее утро благодаря благородству лорда Экнеса, и чрезмерно шумный город.

В итоге я поднялась совершенно не выспавшаяся и с больной головой. Боль сняла магия, чувство усталости так же, но осталось ощущение нереальности происходящего. И оно становилось только сильнее…

Я поднялась, торопливо позавтракала одним из оставленных для Нирана пирожков, к которым он так и не прикоснулся, собралась и выйдя из дома изменила маршрут следования к лечебнице так, чтобы пройти мимо торговой улицы.

Каково же было мое искреннее удивление, когда я свернула на улицу Злотых и обнаружила абсолютно все лавки закрытыми! Все. Ни лавка господина Урнаса, торгующего готовыми рубашками и открытого до полуночи, ни лавка господи Натаргас, в которой всегда можно было купить плащ, в любое время и любую погоду, ни все остальные лавки не были открыты. Решив, что усталость сыграла со мной плохую шутку и я поднялась слишком рано, взглянула на городские часы, благо башня как раз располагалась в поле моего зрения, и увидела ожидаемое – половина восьмого утра.

Лавки открываются в семь! Тогда почему все закрыто?!

К сожалению, времени выяснять у меня не было, а потому торопливо миновав половину торговой улицы, я свернула к лавке госпожи Лавейко «Нитка и иголка» и вежливо постучала в дверь.

Мне открыли не сразу – для начала там, за дверью, затаились, затем приоткрылось окошко наверху, на втором этаже, оттуда высунулась престарелая служка госпожи Лавейко, подслеповато прищурилась, и только после этого выдохнула:

– Это Найриша!

Меня здесь знали, и знали отлично – именно здесь я заказывала большую часть оформления для чайной, и потому была уверена, что впустят.

Так и оказалось – дверь мгновенно приоткрылась, и госпожа Лавейко громко прошептала:

– Входи же. Быстрее.

Я почти вбежала, так как едва подошла ближе, госпожа Лавейко ухватив за руку, втянула в лавку, после торопливо заперла дверь, задвинула все засовы, прошла в середину лавки, откинула крышку люка и крикнула домочадцам:

– Найри это, все спокойно.