Точка Бифуркации X

Неспешно протянув руку к одной из фигур на своей стороне, я сделал ход.

Ларионов неожиданно одобрительно кивнул, чуть поджав губы, и затем поднял на меня пристальный взгляд. В его глазах не было удивления, лишь безмятежное принятие.

— Здравствуйте, Лев Платонович, — проговорил я, заглядывая ему в глаза.

Ларионов приподнял бровь, его губы тронула лёгкая, почти незаметная улыбка.

— Кто вы? — наконец спросил он, обводя меня цепким взглядом.

— Просто человек, — ответил я уклончиво.

Мужчина чуть склонил голову, будто соглашаясь с моим правом на тайны.

— Это был неплохой ход, — заметил он, возвращая взгляд к доске. — Редко встречаю тех, кто не боится начать с королевского гамбита.

Я улыбнулся и сделал следующий ход.

— Шахматы — игра, в которой важно не только знать правила, но и понимать противника.

Лев Платонович принял мой ход без комментариев, но на этот раз в его глазах мелькнуло одобрение.

— Мудрые слова, — тихо произнёс он. — Но часто ли мы действительно понимаем тех, кто напротив?

Мы обменивались фразами, каждая из которых была маленьким испытанием, скрытой проверкой. Слова старика иногда звучали странно, словно он говорил сам с собой, но мысль в них оставалась ясной. Я отметил, что он прекрасно держит партию, а значит, по крайней мере его ум был достаточно острым.

В какой-то момент дверь в зал распахнулась, и внутрь стремительно вошли несколько крепких парней в белой униформе. Лица санитаров выражали подозрение, они явно шли в нашу сторону. Отметив, как не вовремя они здесь появились, я дёрнул щекой и, дождавшись когда мужчины подойдут чуть ближе, заставил их зависнуть на месте, после чего тут же сместил к ближайшему окну, предлагая им полюбоваться открывающимся оттуда видом.

Сам же я не отрывал взгляда от доски с фигурками, с лёгкой досадой отмечая, что старик, по всей видимости, загоняет меня в ловушку.

— Странный вы человек, — наконец произнёс он, делая очередной ход. — Но мне это нравится. И им тоже, — на этих словах старик кивнул в сторону бродящих по залу пациентов, то и дело останавливающихся возле санитаров."

"Больные водили им пальцами по лицам, рисовали каракули на одежде. Кое-кто просто смеялся, поочерёдно заглядывая мужчинам в лицо, другой пытался надеть санитару на голову бумажную корону. Отметив, что всё может неожиданно зайти дальше безобидных шуток, я с помощью дара оградил всех людей от созерцающих красоту природы медработников.

Следом переведя взгляд на старика напротив, я подался вперёд и поставил ладони на стол.

— Меня зовут Алексей. Алексей Михайлович Черногвардейцев, князь Темногорский, — наблюдая за лицом Ларионова, я неспешно продолжил. — И я бы хотел забрать вас из этого недостойного места, Лев Платонович. Вы не против?

Взгляд старика резко переменился.