Только моя

– Что такое? – Я тут же оказался рядом, положил руку на большой живот, аккуратно поглаживая. – Что, моя девочка?

Она показала на мокрые простыни на больничной койке.

– Кажется, началось! – Она вцепилась в меня обеими руками и уткнулась носом в грудь, тяжело дыша.

– Тише, все хорошо. Все обязательно будет хорошо. Ты мне веришь?

Молчит.

– Посмотри на меня, Кейт!

Подняла глаза, в которых читался неподдельный страх.

– Все будет хорошо. Ты справишься. Мне нужно позвонить, – и я освободил одну руку и достал телефон, набирая номер нашего гинеколога.

Вместе с Ириной Павловной в кабинет вошел Алекс, он заметно нервничал, пока проходил осмотр, я метался по коридору, просто сходя с ума. Ирина Павловна вышла из палаты, подтверждая, что все – началось. Они планировали кесарево через пару дней, но наш малыш спутал все планы, решив, что пора уже сегодня.

Саша пошел готовиться к операции. Я был против, но он настоял на том, что сделает все сам. Ей одели маску с наркозом прямо в палате, она до последнего держала меня за руку. Сам переложил на каталку, ее увезли, а я сел на лавочку прямо возле операционной. Медсестра пыталась отправить меня в палату, но я не сдвинулся с места.

– Почему так долго? – спросил я у пробегающей мимо медсестры.

– Девочка слабенькая, появились осложнения, – сказала она и быстро куда-то пошла.

А у меня сердце бухало в висках так, что думал, голова лопнет. Я метался по коридору и злился, что не могу помочь, не могу быть там, с ней.

Я услышал детский плач и подскочил с места. Внутри все сжалось, я пока не понимал, радоваться мне или нет. Через какое-то время Ирина Павловна вышла из операционной, держа в руках крохотный сверток. Она устало улыбнулась мне.

– Поздравляю, у тебя дочь, – и протянула мне маленький комок счастья.

По моим щекам потекли слезы, когда я взял ее на руки. Не верю. Не осознаю пока, но столько счастья, что словами не передать. На плечо легла тяжелая рука.

– Поздравляю. Отличная невеста для нашего Марка. – сказал Максим, он только приехал.

Я был чертовски счастлив.

– Как Кейт? – не отрывая глаз от дочери, спросил я.

– Все хорошо. Уже все хорошо. Саша хороший врач. Цени это. Он второй раз спас жизнь твоей жене. Остальное он расскажет тебе сам.

Дверь операционной вновь открылась, и я увидел бледную, еще спящую под наркозом жену. Следом вышел Алекс. Он протянул мне руку, а я растерялся, ведь я держал самое ценное, что теперь есть в моей жизни – свою дочь. Он устало улыбнулся.

– Поздравляю!

Я взволнованно на него смотрел. Руки друга дрожали. Увидев мой взгляд, он только отмахнулся.

– Перенервничал малость. Непростительно для хирурга. Все хорошо, Дим. Теперь все хорошо.

Я выдохнул и улыбнулся.

Кейти пришла в себя через пару часов.