Царский сплетник

— Да я в этой Сицилии так, проездом был, чисто для ознакомления! — В голосе Гордона звучало такое праведное возмущение, что юноша засомневался. — Опять же, сплетник, думай своей головой! Стал бы я тебе должности такие доверять да подарки такие дарить, ежели бы погубить собрался? Да мне только Мал юте глазом моргнуть, и он на тебя вмиг испанские сапожки наденет. Всю Заовражную низменность тебе от щедрот своей души презентовал!

— И меня в ней тут же чуть было тролли не замочили, — кивнул сплетник.

— Так я ж тебе сказал, чтоб ты в их земли не совался, пока порядок в тех краях не наведешь!

— Можно подумать, они из своих пещер Засечного кряжа носа не кажут, — огрызнулся Виталик.

 — Да их целая толпа клубилась около чертовой мельницы.

— Так вот куда тебя из тюряги занесло, — хмыкнул царь. — Свежим воздухом решил подышать?"

"— Ты мне зубы-то не заговаривай. Я вот сейчас вспоминаю все, что со мной произошло с того момента, как мы с тобой в первый раз встретились, и ужасаюсь. Да что там ужасаюсь, у меня просто волосы дыбом встают!

— И что ж такого страшного случилось? — фыркнул царь.

— Ну давай посмотрим, — начал загибать пальцы Виталик. — Подрядил ты меня наладить на Руси газетный бизнес и тут же ободрал как липку: снял с бояр на это дело восемьдесят тысяч, а мне на все про все выделил тридцать пять золотых. Ну это я еще могу простить. В том мире, откуда я пришел, практически все то же самое делают: вот тебе в руки полосатая палочка, вот тебе пистолет, а дальше крутись как хочешь. Я честно начал крутиться, так ведь дальше сразу пошли проблемы. У тебя же тут сплошной криминал!

— И это говорит мне один из главных криминальных авторитетов Великореченска! — ужаснулся Гордон.

 — Слушай, сплетник, да ты вконец обнаглел! Ты хоть понимаешь, на кого наезжаешь? Все-таки царь перед тобой сидит.

Тут татуировка на груди Виталика нагрелась и на него накатила какая-то странная, несвойственная ему злость.

— Да какой ты царь! — рявкнул он. — В твоем царстве-государстве внаглую действуют три криминальные группировки, и одна из них, — ткнул он себя пальцем в грудь, — сейчас перед тобой сидит. Но я-то ладно, я к тебе лоялен, случайно в авторитеты попал, в разборку с Кощеем ввязавшись.

Одно твое слово — и нет больше моей группировки. Но, по-хорошему-то, ты вместо того чтобы чинами, званиями и должностями меня умасливать, на плаху должен послать! Я понимаю, конечно, что Кощей твой родственник. Царице-матушке как-никак дядька родной, Янке дедушка, но беспредельничать-то на Руси ему зачем позволять? А этот пресловутый Дон? Какого черта этому идальго в маске делать на Руси? Чего он тут забыл? На хрена тебе тут его коза ностра?

Царь набычился.