Цена искупления

Он видел, как она судорожно глотает воздух, дрожит, глаза полны паники.

— Как тебя зовут? — крикнул Степан, опускаясь рядом и на секунду прикасаясь к ее плечу.

— Рената, — выдохнула она. — Я…. не могу… дышать…

Он снял с себя маску и аккуратно надел ей на лицо:

— Дыши. Глубоко. Смотри на меня. Я с тобой.

Огонь приближался, и назад пути уже не было — коридор охватило пламя. Вдруг с грохотом обвалилась балка, закрыв выход. Искры разлетелись по комнате, и на секунду Степан замер.

Посмотрел на Ренату. Она плакала, но старалась дышать ровно, как он просил.

— Мы теперь не выберемся.… — прошептала она.

Степан сжал её руку:

— Я тебя отсюда вытащу. Обещаю.

Он огляделся. Единственный выход — окно. Но второй этаж… Девочка беременная…. Прыгать слишком рискованно.

Пламя ревело, время ускользало, но он знал: если сейчас сдаться, они оба сгорят. А он не мог этого допустить. Не в этот раз. Не снова.

Гарью дышалось, как раскаленным металлом. Воздуха почти не осталось. Пламя уже врывалось в комнату, выстреливая из коридора, как огненным кнутом. Степан закрыл собой Ренату, стараясь заслонить от жара, сжав зубы так, что скулы свело.

— Смотри на меня. Смотри, Рената, — хрипло сказал он, опускаясь перед ней на колено. — Мы выберемся. Слышишь меня?

Она кивнула, но губы дрожали, лицо было бледным от страха и жара. Он сорвал с себя куртку, обернул ее вокруг ее плеч и живота, затянул на спине узлом. Ткань уже нагрелась, но всё ещё могла защитить."

"— Дыши глубже. Только через нос, медленно. Все под контролем, — он сам уже почти не верил в это, но голос звучал спокойно, как на учениях.

Окно. Только через окно. Дверь перекрыта балкой, коридор пылает. Подойти невозможно. Но окно — выход.

Он знал — если сейчас распахнет окно, пламя рванет вверх с новой силой. Но выбора не было. Девушка задыхалась, и дым забивал все. Он прищурился, закрыл собой её, и резким движением распахнул створку.

Степан шагнул к раме, открыл створку. Стекло лопнуло, осыпав его осколками. Он выглянул. Внизу были пожарные, спасатели. Ян, Клим, кто-то уже тянул к окну лестницу.

— Мы здесь! — закричал он. — Беременная! Срочно!

Рената тяжело дышала, её глаза стекленели. Паника. Дым уже в легких. Он подхватил ее на руки — она почти ничего не весила — и подошел к окну.

— Сейчас ты пойдешь к людям. Я передам тебя аккуратно. Все будет хорошо, слышишь? — прошептал он, и она кивнула, сжимая ткань куртки.

— Принимайте! Осторожно, она беременна! — крикнул он вниз.

На лестницу полез Клим. Степан подал ему Ренату, обжигаясь об раскаленную раму. Она всхлипывала, но жила.

Он выдохнул. И только тогда пламя ударило в спину, как волна.

Обернулся. Всё вокруг пылало. Огонь захлестнул стену, потолок осыпался искрами. Уходить надо было немедленно.