Цена мира. Родить от врага

Но мне нужно было закрепить в его голове этот момент. – Спасибо за это.

Сунув спичку в зубы, он прищурился.

– Может, ты мне нравишься, – сообщил бандит, дернув бровью, половину которой выжег шрам. Затем будто заметил, как я сразу насторожилась, и снисходительно добавил: – Или я просто не имею привычки отыгрываться на соплячках. Иди давай.

Послушно отступив вглубь туалета, я лихорадочно выдохнула, когда дверь передо мной закрылась. Адреналин заплескался в крови, заставляя сердце гулко стучать. Эта попытка расположить охранника была крайне идиотской затеей.

Он – мужчина. К тому же отмороженный бандит, а я абсолютно беззащитна здесь и частенько остаюсь одна… Мне не стоит об этом забывать.

Наверняка Олег заметил, что выйдя из туалета, я прячу взгляд, но в его поведении ничего не изменилось. Он так же невозмутимо обхватил мою руку и отпустил ее только возле двери подвала, куда я снова зашла одна.

Оглядываться на конвоира в этот раз я не стала. Только когда услышала, как провернулся замок, настороженно повернула голову. Затем сразу направилась к матрасу, неотрывно глядя на небо через узкие окна под потолком.

Оно становилось все темнее. Пошли уже вторые сутки, а я все еще находилась в этом доме…"

"Подняв тяжелое покрывало, я надежно закуталась в него и села на матрас, прислонившись спиной к стене. Мой напряженный взгляд устремился в пространство, пока мысли в голове заставляли внутренности сжиматься в комок. Я понимала, что охрана расставила приоритеты и позволила Астахову забрать меня – они многое сделали ради моего плана, однако верными быть не обещали.

Не я им платила, не я была их покровителем. Я понимала, что отцу сразу обо всем доложили, потому что проблема приобрела опасные масштабы. Но я совершенно не понимала этой пугающей тишины… Как со стороны Вадима Астахова, который сунул меня в этот подвал и велел подкармливать, чтобы не сдохла, словно забытая зверушка, так и со стороны папы.

Я уверена – он еще вчера вернулся вместе с Матвеем в особняк. Но почему-то не торопился устраивать штурм для моего освобождения… Почему?..

Может, Астахов ввел его в заблуждение? Сказал, что вывез меня туда, где не найти? Или может, отец не мог позволить себе прямо сейчас сорваться из командировки и велел без него ничего не решать?.

.

Какой бы ни был вариант, все сводилось к тому, что мой плен может стать продолжительным. И эта мысль кипятком проходила по нервным окончаниям.

В какой-то момент я подтянула покрывало на голову и легла. Свернувшись калачиком, уставилась на дверь, чувствуя, как сжимается грудная клетка от острого беспокойства.