Цирк проклятых

Когда я подняла глаза, я уже контролировала свое лицо. Мерил Стрип, понимаешь.

– Я не поддаюсь на угрозы, и ты это знаешь.

Он кивнул, допил кофе и поставил кружку на середину стола.

– Все, что будет необходимо для завершения моей работы, я сделаю, Анита.

– Никогда в этом не сомневалась, – сказала я. Он хотел сказать, что добудет от меня информацию под пыткой. В его голосе почти звучало сожаление, но это его не остановит. Одним из главных правил Эдуарда было: “Работа всегда должна быть сделана”.

И таким мелочам, как дружба, он портить свои послужной список не позволит.

– Ты спасла мою жизнь, а я твою, – сказал он. – Но сейчас тебе от этого никакой пользы не будет, ты понимаешь?

Я кивнула:

– Понимаю.

– Вот и хорошо. – Он встал, и я встала. Мы посмотрели друг на друга. Он покачал головой. – Сегодня вечером я тебя найду и спрошу снова.

– Я не дам себя запугать, Эдуард.

Наконец-то я слегка взбесилась. Он пришел сюда попросить информации, но теперь он мне угрожал. И я проявила злость – тут уж играть не надо было."

"– Ты крута, Анита, но не настолько.

Глаза у него были безразличными, но настороженными, как у волка, которого я однажды видела в Калифорнии. Я обошла дерево, и он там стоял, сразу за ним. Я замерла. До этого я не понимала, что значит “безразличный взгляд”. Волку было абсолютно наплевать, убивать меня или нет. Создай ему угрозу – и ад сорвется с цепи. Освободи ему дорогу для бегства – он убежит. Но волку было все равно: он был готов к любому исходу. Это у меня пульс забился в глотке, это я так перепугалась, что перестала дышать. Я задержала дыхание и ждала, что решит волк. Он, в конце концов, скрылся среди деревьев.

А я потом снова вспомнила, как дышать, и вернулась в лагерь. Я была перепугана, но стоило мне закрыть глаза, как я видела светло-серые глаза волка. Это чудо взгляда на хищника в упор, когда между нами нет прутьев решетки. Это было прекрасно.

Сейчас я смотрела на Эдуарда и понимала, что это тоже по-своему чудесно. Знаю я то, что ему надо, или нет, я ему не скажу. От меня угрозами ничего не добиться. Это одно из моих правил.

– Я не хочу, чтобы мне пришлось убивать тебя, Эдуард.

– Ты меня убьешь? – Он надо мной смеялся.

– Можешь не сомневаться.

Смех исчез из его глаз, с губ, с лица, и остались только безразличные глаза хищника, внимательно глядящие на меня.

Я напомнила себе о необходимости дышать, ровно и медленно. Он меня убил бы. Может быть. Или нет.

– Стоит ли Мастер того, чтобы одному из нас умирать? – спросила я.

– Это дело принципа, – ответил он.

– Для меня тоже, – сказала я.

– Что ж, по крайней мере, мы прояснили позиции.

– Это да, – согласилась я.

Он пошел к двери. Я проводила его и отперла для него замок. В дверях он задержался.

– У тебя время сегодня до наступления темноты, – сказал он.