Ты будешь моей

 — я отдавала отчет своим словам. В них слышалась надежда, которую я не хотела ему давать. Но лучше так, чем он совершит преступление и сядет на долгие годы в тюрьму.

— Я бы нашел способ и оттуда тебя оберегать. — Макс выдавил немного мази из тюбика, поднес пальцы к моему лицу, пока я не кивнула, он ко мне не притронулся. Втирая крем, Емельянов не отводил от меня взгляд. Теперь я видела в нем подтверждение его слов. Как я раньше не замечала его интерес? Но что было удивительным, меня это не пугало. Тревожило, да, но не пугало. Я не знала, как к этому относиться, но не возникло желания сбежать от Емельянова. Как-то незаметно я к нему привыкла.

Глава 22

Гризли

Прошла неделя, а Мила все еще злилась на меня. В суде она подтвердит, что камеры мы установили с ее согласия, но эту выходку прощать нам не собирается. Это не мешало мне ее тормошить. Не позволял Миле уходить в сои переживания. Затевал спор по любому поводу. Подначивал ее. Мила в эти моменты, словно оживала.

— Хозяйка, — крикнул я, занося пакеты с продуктами в дом. Мила терпеть не могла, когда я к ней так обращался. Превращалась в дикую кошечку, которой мне хотелось пригладить шерстку.

— Не называй меня так, — строго произнесла Мила, входя следом за мной в кухню.

— Марк где? — не обратил внимания на ее запрет. Знаю, что продолжу ее так называть, пока она полностью не оттает.

— В кроватке."

"— Ты тут разбирай продукты, а я за парнем схожу. — между ней и столом было достаточно места, чтобы танк проехал, но я притиснулся к Миле и тихонько прошел, словно пометил ее своим запахом. Щеки ее вспыхнули, она тут же отвернулась. Такие финты я проворачивал регулярно. То сына ей передам, при этом вроде невзначай груди коснусь. То волос поправлю. То с щеки муку сотру. Сначала дергалась, теперь привыкла. Только вот если замечает эрекцию, ищет повод сбежать.

Спустились мы с Марком вниз, а она мясо на разделочной доске пилит.

— Так, хозяйка, что ты тут делаешь? — строго посмотрел на нее.

— Мясо мариновать на шашлыки буду, — уверено заявила мне Мила, проигнорировала в этот раз обращение «хозяйка».

— А ну брысь от мяса, не любит оно женских рук! — я не шовинист, конечно, но шашлык это мужское дело.

Мила вскинула на меня возмущенный взгляд. Я сразу понял, уступать она не собирается. Глаза горят, как у кошки ночью. В руках огромный нож, которым она опасно размахивает.

— Мясо любит женские руки, и я тебе это докажу! Я с тринадцати лет у бабушки в деревне каждое лето шашлык жарила, и получалось мясо очень вкусным! — с таким важным видом заявила она, что мне захотелось улыбнуться. Я, конечно, успел включить режим «рыцаря» и не засмеялся.

— Хорошо, предлагаю пари. — Мила насторожилась. — Если ты приготовишь вкусное, не сырое, не горелое мясо, я выполняю твое желание.