Ты будешь моей

Белла так и не заглянула ко мне. Любопытство разъедало, но я не вышла из комнаты. Что подумала обо мне Белка? Что ей сказал Емельянов?..

***Утром я долго возилась с Марком, никак не решалась выйти из спальни. Я не считала, что изменяю мужу. Да и мужем Степана не считаю. Не чувствую за собой никакой вины. Он настолько подонок, что я была с ним вынужденно, нас не связывает ничего. Даже Марк, он только мой. Не хочу, чтобы это чудовище оказывал на него хоть какое-то влияние. Но вот перед золовкой мне все-таки было стыдно. И поделать я с собой ничего не могла. Возможно, она меня поймет…

— Ты долго еще будешь заниматься самобичеванием? — без стука заглянула ко мне Белка. — Я нам с тобой блинчиков нажарила, а ты тут прячешься, сейчас мужики все слопают, нам с тобой не оставят! — весело возмущалась золовка.

— Макс здесь? — спросила и тут же мысленно себя одернула. Почему сразу он, мужиков что ли больше нет во Вселенной?

— Конечно, а где ему еще быть? Он теперь у нас поселится, пока тебя не заберет.

— Белла…

— Прекращай смущаться, Мила. Я за тебя рада. Хочу, чтобы и ты была счастлива. Думаешь, я тебя обманывала, когда говорила, что люблю тебя как родную сестру? Ты его только в ежовых рукавицах держи, чтобы не расслаблялся.

— Да не собираюсь я с ним жить! — возмутилась я громко. Все решили без меня. Емельянов даже Белку на свою сторону перетянул.

— Не будем загадывать, — лукаво она улыбнулась.

— А зачем он приперся с утра пораньше? Говорил вроде, что ему на работу нужно. — хотя и пыталась говорить равнодушно, мой интерес меня выдавал.

— Не смог долго находиться вдали от тебя, — продолжала Белла веселиться. — Он говорит, что у Марка питание и памперсы заканчиваются, ты еще хотела какой-то развивающие игрушки посмотреть. Одну он тебя не отпустит, даже с охраной. Сделаете покупки, привезет тебя и поедет на работу.

«Какой заботливый!»

***— Обязательно было сегодня приезжать? — во мне все кипело. Он за завтраком вел себя так, будто между нами все решено. — Питание и памперсов еще дней на пять хватит. — возмущалась, а сама украдкой за ним наблюдала. Как же он мне зараза нравился! Сильный. Уверенный. Красивый. Сексуальный…

— После твоего вчерашнего побега, я решил, что поддержка тебе не помешает. Ты же мастер уйти в глухую оборону. Спрятать голову в песок и сделать вид, что ничего не было.

— А что было? — чувствую, как удивленно выгибаются мои брови.

— Мы сосались на глазах у твоей золовки. И я не собираюсь прятаться по углам. Свою женщину я буду целовать, где хочу и сколько захочу. — заявил Емельянов, уверенная нахальная ухмылка на его лице ужасно бесила.

— Вот свою женщину и целуй!

— Ты моя женщина! — повернулся он и так твердо произнес, что я поверила. Мурашки побежали по коже.