Ты будешь моей

 — вновь слабая попытка сопротивления. Хрен отпущу.

— Ты права, лучше покажу, — подмигиваю ей. Лишаю на несколько секунд дара речи. В это время подходим к лифтам, один свободен. Прижимаю Милу своим телом к стенке еще до того, как дверь кабинки закроется.

— Я соскучился, — прежде чем она успевает придумать колкий ответ, накрывают ее губы своими. Мила была бы не Милой, если бы сразу ответила, секунд двадцать ушло на то, чтобы она с готовностью приняла у себя во рту мой язык.

Как же я ее хочу!..

Лифт остановился, пока я не стал е раздевать прямо на лестничной площадке, нам скорее лучше попасть в квартиру. Я принял окончательное решение сделать е полностью своей, никаких препятствий для этого не видел, кроме страхов Милы, но я знаю, как их изгнать. Тем более что и она меня хочет.

— Что это? — увидела она в коридоре пакеты из детского магазина.

— Твое алиби. Ты же не можешь вернуться к Алмазовым с пустыми руками.

— Емельянов, так нельзя! — Миле только руки в бок осталось упереть. Не засмеяться бы, воинственная она еще более сексуальная.

— Нельзя меня держать на расстоянии от твоих губ. У меня реально начинаются ломки, — притягивают к себе и вновь целую. На этот раз Мила сразу отвечает, что вызывает дикую бурлящую радость. Я давно заметил, что споры ее заводят, Мила становится более податливой, забывает о своих страхах и эмоциональных запретах. В такие моменты ее блокировки не срабатывают.

— Больше, я тебя не отпущу. Моя ты.

Глава 37

Мила

Возмущалась, конечно, но сама понимала, что неубедительно. Не получалось устоять перед этим сексуальным нахалом. Степан даже в начале нашей семейной жизни редко меня целовал. Да и то, только во время секса. На этом прелюдия заканчивалась. Поэтому мне безумно приятно было, что Макс дуреет от моих губ. В свою очередь я теряла голову от его поцелуев. Жарких. Страстных. Умопомрачительных.

«Если не понравится, второго раза не будет» — приняла я решение и сдалась окончательно Емельянову.

Посмотреть его жилье мне не предоставили возможности. Я видела лишь коридор и спальню, где много места занимала гигантских размеров кровать, которая оказалась очень удобной и мягкой.

— Когда переедешь ко мне, я куплю кровать поменьше, — заметив мой удивлнный взгляд, заявил Максим.

— Зачем?.. — спросила, вместо того, чтобы заявить «я не собираюсь к тебе переезжать». Емельянов умудрился внушить мне мысль, что мы будем жить вместе. Может потому, что я внутренне несильно этому сопротивлялась?

— Чтобы ты всю ночь находилось в моих объятиях, там у тебя не будет шанса отдалиться от меня. Хочу постоянно тебя ощущать, — этот развратник мог сказать такие слова, от которых сердце ёкало в разы сильнее, чем от банального «я тебя люблю». — Хватит болтать, — подмигнул мне и поцеловал.