Ты будешь моей

— Не делай вид, что не понимаешь, о чем я говорю! Как ты посмел обоссать мои розы! — на его крик обернулось несколько гостей. Я даже не знаю, что меня больше удивило «мои розы» или то, что я на них справил нужду. Конечно, я парень не святой, будучи на природе не раз приходилось отливать за деревом, не ехать же из-за этого в город. Да и мочиться наш русский мужик в зип-пакет не будет, когда кругом полно кустов. Обвинение задело. Мне с детства привили правила приличия, я бы никогда не сделал того, в чем меня этот мороженый окунь обвинил.

— Послушай ты, любитель розочек, еще раз произнесешь подобную хрень, обмочишься в штаны!

— Моя жена видела в окно, как ты!.. — договорить он не успел, я схватил его за полосатый галстук и притянул к себе. Потянул удавку немного наверх.

— Я на тебя еще за похищение Белочки зол, а ты продолжаешь выкапывать себе могилу, — негромко, но угрожающе произнес я. Охрана поспешила на помощь задыхающемуся работодателю, но от стены дома на шаг отошел Чех и преградил им дорогу.

— Я советовал бы вам не вмешиваться. Возвращайтесь на свой пост. — его расслабленная поза и руки в карманах могли обмануть кого угодно, но только не тех, кто видел его в деле.

— Отойдите или мы применим оружие? — парни обратились ко мне.

— Я бы посоветовал вам не доставать оружие, — заговорил брат Алмаза, который стоял у стены вместе с Самиром. — А то сейчас Чех отберет у вас пушки и засунет… Вы сами знаете, куда он их спрячет. — ребята растерялись, с восторгом и страхом посмотрели на моего друга. Наслышаны наверняка были о нем. Степан пытался отодрать от шеи галстук, который стал ему удавкой.

— Гризли отпусти его. Не будем портить такой праздник Алмазу. Он, конечно, не обидится, но его супруга может расстроиться, — произнес Чех. Оттолкнул от себя этого говнюка. Скорее бы уже мероприятие закончилось. Ощутив на себе взгляд, я задрал голову и посмотрел на окно второго этажа. Не подвела интуиция, красивая злюка стояла у створки и смотрела вниз, наши взгляды встретились. Что я хотел с ней сделать за то, что Мила меня оболгала? Наказать. Пойду еще раз поцелую. Мне нравилось с ней воевать. Кровь бурлила в венах от предвкушения нашей очередной схватки.

— Гризли тормози, — перекрыл мне дорогу Чех. — Не забывай, что девушка замужем, — негромко произнес друг. — Тем более теперь она родственница Алмаза. Не получится без последствий залезть к ней в трусы. — Самир был прав."

"— Как нормальные бабы умудряются вляпаться в такое дерьмо? — смерил я ползающего и кашляющего слизня пренебрежительным взглядом. К нему неслась бывшая домработница Рената со стаканом воды. Очень правдоподобно изображала на лице переживания. Такие женщины никогда не думают о других, любое их действие продиктовано какой-то выгодой.