Ты будешь моей

Понаблюдав за ними совсем недолго, я пришел к выводу, что Левин крутит роман с домработницей. Охренеть! Прелюбодействует под носом у молодой красивой жены. А мне Мила не позволила себя поцеловать. Я ее обязательно приручу, станет шелковой и ласковой кошечкой, но Чех прав, не сейчас.

Невеста решила покинуть свадьбу эффектно. Содрала с ушей домработницы серьги, которые, как выяснилось, достались той незаконно. Хорошо, что все происходило в кабинете и только самые близкие присутствовали при этой сцене. На бешеный крик прибежали не только друзья, но и Мила.

— Ты уйдешь с нами? — спросила Белла родственницу. В глазах Люды я увидел надежду.

— Моя жена и сын никуда не пойдут! — рявкнул яростно Степан. Женщина тут же сникла, взгляд потух. Белка тоже расстроилась. Захотелось Милу прямо сейчас забрать из этого дома, но этот ублюдок не отдаст ей сына. Я уже догадался, что Левин только с помощью ребенка удерживает рядом жену.

Нет между ними любви, а это значит, что руки у меня развязаны. Я без зазрения совести уведу у него женщину. Осталось только ее уговорить…

Девушки прощались, обнимались, плакали. Домработница громко завывала.

Молодоженов проводили до машины, я специально немного отстал, чтобы сказать пару слов Миле.

— Красавица, не скучай, мы скоро увидимся, — негромко произнес я. Злюка смерила меня раздраженным взглядом и захотела сбежать. — Ты опорочила мое честное благородие имя и за это я просто обязан получить поцелуй. Выбирай, тебя здесь поцеловать или мы завтра встретимся в укромном местечке?

Глава 6

Мила

— Поцелуй лучше гадюку. Может ее укус тебе угомонит! — прошептала я зло. — Но не исключаю возможности, что змея сдохнет.

— Ты же жива осталась. Можешь отрицать, но тебе понравилось. — какой же он самоуверенный!

— У меня противоядие выработалось. — бросила я, и отошла в сторону. Не хватало, чтобы Степа увидел, как мы общаемся.

Мои нервы были натянуты до предела. Я знала, что эта ночь долго не закончится. Муж выместит на мне свою злость. Слабому мужчине нужно самоутвердиться за счет женщины. А Степан был морально и духовно слаб.

Когда мы встретились, я этого не замечала. Наивная девочка была счастлива, что такой красавец ею увлекся. Конфеты, цветы, прогулки под луной… Анализируя сейчас то время, я отмечала какие-то вещи, которые тогда остались без внимания. Сухое безэмоциональное признание в любви и деловое предложение пожениться. Появившиеся сомнения я тут же отмела в сторону, а увидев, как рада за меня мама, внушила себе, что буду счастлива.

Родители с детства мне вдалбливали, что глава семьи — муж, а моя участь во всем его слушаться и подчиняться. В моей семье царил патриархат и меня к этому готовили. Но разница была в том, что мой отец был жестким мужчиной, но руку на маму не поднимал.