Клин клином

Никогда им не вернуться в то жаркое лето, сотканное из их объятий, ночных прогулок и тихих разговоров, из горячего дыхания и нежных поцелуев… Прошло всего ничего, но изменилось многое: сам Мурат, его жизнь… А Денис, казалось, оставался статичным: он еще искал себя, как щепка метался по волнам жизни и упрямо берег любовь к Мурату, как хрустальную мечту.

Однако эта любовь ощутимо пошла трещиной, когда Слава однажды проговорился, что Мурат приезжал в Новосиб еще осенью, чтобы встретиться с Баниным: их разговор вышел непростым, горьким, но именно после него Слава понял, что хочет все с Денисом начать заново. С одной стороны, Денис чувствовал благодарность, ведь Мурат фактически помирил их троих, но с другой… Котов не соизволил даже кинуть коротенькое сообщение, что он в одном с ним городе! Заявился в Новосиб втихую и так же втихую свалил. От этого жгло в груди, словно Мурат каким-то образом его предал.

Вскоре обида уступила место пониманию и смирению: то, что между ними было, навсегда останется в памяти, этот удачно-неудачный опыт, безусловно, важен для них двоих, но нужно двигаться дальше. И Денис двигался: сменил кофейню на клуб, познакомился с Олесей и удивился, что любить кого-то можно и не страдая. Она стала для него не только любящей девушкой, но и надежным другом, тем, кто его слушал и слышал. Их диалог в мессенджере даже сейчас висит в топе активных.

Словом, все шло своим чередом. Мурат забылся на остаток зимы, и тоску по нему приглушило.

Однако тот напомнил о себе цветущей весной. Мурат приснился Денису, и это был один из тех снов, что наутро оставляют яркий шлейф воспоминаний и еще долго не оставляют в покое. Денис тотчас вскочил на кровати и заглянул в мессенджер трясущейся рукой, непонятно на что надеясь. Само собой, там было пусто. Мурат не писал ему уже полгода.

Летом Денис наткнулся на его соцсети так же, как и на Толины, через рекомендации, и очень удивился, что он вообще есть. На стене висело всего три публикации. Мурат обозначил их коротко и немного забавно. Кто еще мог подписать фотографию со своей сгорбленной над учебником фигурой очевидным «Я»? Только человек, не привыкший к соцсетям. Актуальных тоже было негусто, только «Polska» и «drawing».

Мурат стоял такой высокий и причесанный в клетчатом пальто и щурился от солнца. Над ним возвышались стены цвета пудры, украшенные завитушками, большие арочные окна и густо-зеленые кроны хвойных деревьев. Небо летнее ярко-голубое, перечеркнутое надписью, которую Денис не знал, как прочесть: «Pałac w Wilanowie»."

"Фотографии сменяли друг друга: на одной Денис видел внутренний дворик какого-то музея, видел башенки и беседки; на другой – мерцающие чаши фонтанов и аккуратный сад со скамейками; на следующей – целое озеро с величественным особняком на берегу.