Лжец. Мы больше не твои (СИ)

Крис вон в душе, пытается в себя прийти…

– Батьке я не скажу, но… больше так не делайте…

Киваю и опять целую маму, а у самой кошки на душе скребут. И я понимаю, что сделаю все, чтобы защитить самых близких людей.

– Мам, ты присмотришь за малышами, у меня сегодня дела запланированы?

Говорю осторожно, и мама кивает.

– Повеселись, Нин, тебе нужен глоток свежего воздуха, а за мальчишек не волнуйся, присмотрю…

Обнимаю маму сильнее и шепчу тихо:

– Я тебя очень люблю, мамочка, очень-очень сильно люблю…

Выхожу из дома. Кутаюсь в куртку сестры, на голове красуется ее же бейсболка.

Решаю до указанного места пешком пройтись. Заодно и мысли развеять, ну и автомобиль свой не трогаю.

Приятный ветерок ударяет в лицо, и в мозгах появляется полный штиль. Я не планирую разговор, который произойдет между мной и Вадимом. Я не знаю, что будет через час, но… Именно этот момент полного непонимания позволяет мне чуточку расслабиться.

Солнышко приятно греет кожу, и я, наконец, подхожу к аптеке. Захожу, чтобы не привлекать ненужного внимания, покупаю пачку пластырей и таблетки от головной боли. Все же вчера я напилась, и голова у меня тяжелая, на стойке также покупаю водичку и сразу же запиваю кругляш.

Вот теперь нервы начинают шалить, когда выхожу из другой двери и взглядом ищу машину Царева, но ничего не нахожу. Вчерашнего монстра сложно не заметить. Дорогостоящего автомобиля мужчины на парковке я не наблюдаю, и на мгновение в душе все у меня падает.

Не приехал…

Вадим не приехал…

В глазах начинает щипать. Надежда на спасение рушится, и тонкое равновесие ломается. Я не знаю, что делаю. Решаю подождать, облокачиваюсь о перила, взгляд опять скользит по неприметным машинам, припаркованным здесь, как вдруг замечаю седан серого цвета, фары которого пару раз мигают.

Отмаргиваюсь, чтобы понять, что мне не померещилось, а затем я узнаю человека на водительском сиденье…

Эти черты…

На негнущихся ногах иду к машине и распахиваю дверь, сажусь в салон и поворачиваю голову, чтобы утонуть во взгляде мужчины, где полыхает огонь.

– Вадим… – выдаю тихо.

– Немного перестраховался. У тебя был слишком напряженный голос, – выговаривает спокойно и газует, сразу же увозит меня с парковки.

А я смотрю на мужчину, на его руки, так уверенно держащие руль, на нем надета кожанка, которая безумно идет ему, и волосы немного взъерошены, ноги обтянули джинсы.

Что-то неуловимо знакомое проскальзывает в этом образе, но я отмахиваюсь от мыслей. В конце концов, я впервые вижу Царева не в деловом костюме, и такой Вадим… он будто моложе и почему-то… опаснее…

– Я правильно понял, что ты хотела поговорить со мной, Нина? – спрашивает и глаз от дороги не отрывает.

– Да… я… я хотела, – отвечаю и тушуюсь.

– Хорошо, тогда мы заедем ко мне на квартиру. Городскую.