Ученица. Предать, чтобы обрести себя

Муж тети Энджи работал в компании спутникового телевидения и предложил отцу хорошую скидку за подписку. Когда отец согласился, мы ушам своим не поверили. Но, оглядываясь назад, я понимаю, что это было совершенно естественно для отца – перескочить из мира, где не было ни телевизора, ни радио, сразу в мир спутникового телевидения. Иногда мне кажется, что отец сознательно решил купить телевизор именно в тот год, потому что он знал, что 1 января все исчезнет. Может быть, он хотел дать нам последнюю возможность почувствовать этот мир, прежде чем его не станет.

Любимой программой отца был ситком «Молодожены». Тем вечером показывали специальный выпуск из разных эпизодов. Мы смотрели и ждали Конца. Каждые несколько минут я посматривала на часы – десять, одиннадцать… До полуночи я практически не сводила с часов глаз. Даже отец, который редко отвлекался на что-либо, кроме своих нужд, часто посматривал на часы.

23:59.

Я затаила дыхание. Еще минута, и все рухнет.

Полночь. Телевизор все еще работал, отбрасывая отблеск на ковер. Я подумала, что наши часы спешат, и побежала на кухню. Там я открыла кран. Вода все еще была. Отец сидел неподвижно, вперив взгляд в экран. Я вернулась на диван.

00:05.

Сколько времени пройдет, прежде чем исчезнет электричество? Может быть, есть какие-то резервы, которые дали нам эти несколько минут?

Ральф и Элис Крамден на экране ругались из-за мясного рулета.

00:10.

Я ждала, что экран замерцает и погаснет. Я старалась в полной мере насладиться последним роскошным моментом: ярко-желтым светом и теплым воздухом от обогревателя. Я уже испытывала ностальгию по прежней жизни, которая должна была кончиться с минуты на минуту. Сейчас мир перевернется и начнет рушиться.

Чем дольше я сидела неподвижно, всей грудью вдыхая последние ароматы гибнущего мира, тем сильнее была моя обида на продолжающуюся жизнь. Ностальгия переросла в усталость.

В половине второго я пошла спать. Напоследок я взглянула на отца. Лицо его закаменело, свет от экрана телевизора отражался от квадратных стекол его очков. Он замер на диване. В нем не было ни возбуждения, ни смущения. Казалось, что ничего не случилось, поэтому он сидит на диване один, почти в два часа ночи, и смотрит, как Ральф и Элис Крамден готовятся к рождественскому вечеру.

Мне показалось, что отец стал меньше, чем был утром. На его лице читалось совершенно детское разочарование. И на мгновение я подумала: как Бог мог лишить отца этого? Он всегда был верным Его слугой и с готовностью страдал, как страдал Ной, строя свой ковчег.

Но Бог отложил потоп.

10. Щит из перьев"

"Наступило 1 января – самый обычный день, и это подкосило отца. Никогда больше он не говорил о конце времен. Отец впал в прострацию. Каждый вечер он возвращался со свалки молчаливый и хмурый.