Умереть дважды

– Кого посадил в зиндан вместо русских?

– Молодняк!

– Объяснил, что это мера вынужденная и временная?

– А надо было? Я сказал, что это приказ, они его безропотно выполнили.

Тургай кивнул.

– Сколько человек ты назначил в конвой?

– Двоих. Надежных!

– Ну и времена настали! Уже на своей базе делим бойцов на надежных и ненадежных. Плохо. А русских надо успокоить – они народ отчаянный, подумают, что мы решили казнить их, бунт поднимут... И ничего твой конвой не сделает. Или положит всех, сведя все наши усилия на нет.

– Что мне им сказать?

– Ты проинструктируй водителя, предупреди брата, чтобы встретил «гостей» да надежно их укрыл, а с летчиками я поговорю сам.

– Брат предупрежден и готов к встрече заложников.

– А ты еще раз напомни ему, что он головой отвечает за пилотов.

– Понял!

Отпустив помощника, Тургай поднялся в салон старенького, но еще крепкого «Мерседеса». Пилоты сидели на задних сиденьях под прицелом и скованные между собой цепью. Тургай, жестом приказав охране выйти из автобуса, присел на место одного из них и обратился к командиру экипажа:

– Майор! Я понимаю ваше состояние. И заверяю, что ничего с вами не произойдет. Мы сейчас ведем переговоры с русским посольством о передаче вас российской стороне взамен на современное оружие. Не скажу, что переговоры идут гладко. Ваши чиновники слишком активно торгуются, но мы дожмем ситуацию. И вскоре вы вернетесь в свою Россию. Вам нечего опасаться. Естественно, при условии полного подчинения. Добавлю: я немедленно и безо всяких условий освобожу того из вас, кто расскажет мне правду о грузе, что был сброшен с самолета при падении.

– Господин Тургай! Я еще раз заявляю, что никакого груза, кроме того, что был заявлен в документах, на борту не было. Мы ничего не сбрасывали. Груз же, находившийся на борту, разбился вместе с самолетом.

Тургай неожиданно улыбнулся:

– Что ж! Не было, значит, не было, не сбрасывали, значит, не сбрасывали. Я предупреждал, что произойдет, если выяснится, что вы мне лгали. Повторяться не буду. Но слово сдержу. А сейчас вас вывезут за пределы Галистана.

– А это чем вызвано? Или там, куда вы нас намерены перевезти, подвалы глубже?

Полевой командир отрицательно покачал головой."

"– Нет, подвалы там не глубже, а условия содержания лучше местных. Почему я решил убрать вас из Галистана? Отвечу: в целях вашей же безопасности. У меня в отрядах служит достаточно много мужчин, пострадавших во время войны с советскими войсками. Кто-то потерял брата, кто-то – отца, а кто-то – всю семью. Ваши коллеги, летчики, – особенно вертолетов «Ми-24» – не разбирались, когда бомбили или расстреливали ракетами мирные кишлаки. Так вот, эти люди требуют суда над вами. И как результат – смертной казни. Их сердца жаждут мщения. Мне же никакого резона в вашей смерти нет.