В оковах его власти (СИ)

—Я думаю, мне еще раз представляться не нужно. Можно просто Александр.

—Здравствуйте, а как вы..?— в глазах девчушки читался шок и капелька паники. Бывает, ребенок.

Решив свернуть в завуалированные ответы, я отчеканил коротко:

—Я знаю все обо всех, в этом моя главная особенность. Иначе я не вел бы городские дела.

Уверен, что такой ответ едва ли смог удовлетворить Василису, но не говорить же ей в лоб о том, что мои люди проверяли ее телефон? А за сыном так вообще следили? Она неглупа, а потому лишних вопросов больше не задавала, скользя по мне внимательным взглядом, а в следующее мгновение отводя его в сторону. Может и правда напугал.

В данной ситуации я видел один исход: мне нужно было минимизировать риски и последствия, а для этого необходим информационный вакуум. Никаких новых скандалов, хотя бы пока я не заглушу старые и не найду ту тварь, что меня сливает.

—Так вот. Я решил поговорить с тобой, потому что мой сын горячая голова, и я в целом-то его не виню. Возраст многое решает в отношении нашего поведения. Говорить с ним сейчас бесполезно, а с тобой имеет смысл.

Чем дальше я раскидывал ей ситуацию, тем больше расширялись от нарастающей паники ее зрачки. Конечно, Василисе не понравился мой вариант свести к минимуму общение с сыном. Кончено, я видел, как ее это рубануло ножом по сердцу. Даже вполне честные заверения о том, что я ничего против их не имею, вряд ли возымели должный эффект, но зато я встретил принятие. Теперь понятно, почему она понравилась моему сыну. Не только потому что умница и красавица, а потому что еще умела слушать.

Для мужика по факту важно, чтобы его слушали. Слышали и воспринимали. За это они готовы одаривать свою женщину всеми сокровищами в мире.

—Вы же понимаете, что он будет против?

Ребенок, я не только понимал это, я в этом не сомневался вообще ни на миг. Это же Рустам, он будет долбать меня козлиным рогом, пока я не откинусь на бок, принимая его способ решения проблем.

—…Я должен быть обеспечен надежным тылом, Василиса…

Мои слова лились, наверное, бесконечным потоком, но главное: она поняла мою идею, она осознала ее и кивнула в знак согласия. А мы с тобой еще сработаемся, Василиса Григорьевна.

Но было еще кое-что: ее должность, ее достижения и работа, которую она очень любила. Никакая сука не должна была отобрать это у нее, не смела просто. Распрощавшись с Василисой, я отзвонился заведующей ее кафедры, прелестнейшему человеку."

"—Олеся Васильевна, добрый вечер. Говорить можете? Не отвлекаю?

—Сашенька, ну что ты такое говоришь? Я же тебе всегда рада.

Это да, у нас с ней всегда получалось находить общий язык. Особенно, когда она закрыла мне все предметы после боя, превратившего меня в овсянку на воде. Душа у нее необъятная.