Ваше Благородие

Султана, глядевшего со стороны на всё то, что сейчас происходило с Польшей, глодало страшное предположение – а вдруг те же державы, что сейчас начинают так рьяно делить Польшу, подобно этой стране, задумают поделить ещё и Оттоманскую империю? Нужно было срочно решаться на мир или же доводить всю компанию до безусловной общей победы. В Крыму всё уже было потеряно, но оставалось ещё западное, Дунайское направление."

"Шёл конец августа месяца. Самое хорошее время для пребывания в Крыму. Войска отдыхали от боёв и готовились к убытию на зимние квартиры за Днепровскую линию. На полуострове в основных крепостях должны были остаться русские воинские гарнизоны. Такие города, как Керчь, Кинбурн и Еникале полностью переходили под российскую руку. Азовская флотилия получила беспрепятственный выход в Чёрное море, а Российская империя могла теперь закладывать большие корабельные верфи и строить полноценный морской флот.

Выход Второй армии на зимние квартиры был запланирован на 5 сентября. Перед этим состоялся большой молебен в честь Крымской победы, и был зачитан высочайший рескрипт императрицы к своим доблестным войскам.

Особая команда егерей, как ей и предписывалось, стояла в четырёхшереножном строю. Все были вычищены, подшиты, постираны и выбриты до блеска. Всё, как и положено, по такому торжественному случаю. Белые накрученные букли с косой, подвязанной чёрным бантом и осыпанные толстым слоем муки, смотрелись весьма необычно на команде, привыкшей уже и вовсе обходиться без них. Ко всему уже привык Алексей в этом веке, но эти парики, это было что-то! «Ну да бог с ними, с этими косами, – думал он. – Коли положено, так и ладно, хорошо, что есть официальное разрешение на боевых выходах и в полевых дозорах егерям действовать без них. А тут уж и потерпеть было не грех, награда, как подсказали из штаба, ждала каждого участника похода».

На всех «старичках» стоявших в первой шеренге блестели надраенные медали «За Кагул», очень уважаемые в армии. Выглядели они в своих егерских шапочках-картузах с пришитыми на них сбоку волчьими хвостами необычно и грозно. И не раз уже ловили они на себе удивлённые взгляды мечущихся перед общим строем всевозможных интендантских и штабных офицеров, в сотый раз проверяющих войска.

Странная это была егерская команда, так и «чесались руки» указать на несоответствие в их форме и в амуниции, на все эти дополнительные патронташи и на наличие пистолетов, сабель и кинжалов даже у рядовых стрелков.

Но уже пару таких вот проверяющих тихо и твёрдо отвадили от небольшого строя два старших штаб-офицера из главного квартирмейстерства. Остальные всё сразу же поняли и пробегали теперь мимо, только лишь косясь на отдельную команду и тираня соседние.