Варшавские тайны

Раздосадованный любовник на цыпочках прокрался в шинельную. С площадки раздался встревоженный голос Егора:

— Алексей Николаевич! Я знаю, что вы там! Откройте! Очень важные новости!

Лыков прошипел в щелку:

— Уйди и вернись через час.

Но помощник не унимался:

— Очень-очень срочно! Откройте, Алексей Николаевич!

Коллежский асессор накинул халат на голое тело и вышел, прикрыв за собой дверь.

— Что случилось? Чудо ты эдакое…

— Вот! — Егор протянул ему клочок бумаги. — Ян Касъер передал на волю, для своего зятя Малиняка.

— Тут по-польски. Переведи.

— Всего одна фраза: «Срочно переставь поленницу за прачечную».

Лыков подумал секунду и сказал:

— Ух ты! Попался, дядя Янек!

— Что это значит, Алексей Николаевич? На что ему поленница сдалась?

— Это значит, что мы скоро найдем труп подпоручика Яшина.

Иванов захлопал недоумевающе глазами, но потом до него дошло:

— Неужели?..

— Да. Спускайся и жди меня у подъезда, я выйду через пять минут.

— А куда мы?

— К Бурундукову, куда же еще!

Алексей вернулся в квартиру. Малгожата стояла под лампой во всей своей невыносимо прекрасной наготе.

— Куда ты ходил? — удивилась она. — Умойся, мой Геркулес, и мы продолжим.

Ах, какое у тебя сложение!

— Оденься, пожалуйста. Ты должна немедленно уйти.

— Почему?

— Срочное дело. Меня вызывают на службу, прислали курьера. Он ждет внизу, начальство велит торопиться.

— Какой курьер, какое начальство?! Алексис, ты меня считаешь за здзиру,[46] которой можно попользоваться и выгнать?"

"— Малгожата, ты не права! Я сам в расстройстве, я мечтал провести с тобой всю ночь! Но служба…

— Дупек, какая служба вечером воскресенья?

Вдруг она переменилась в лице.

— А-а! Я все поняла! Ты женат и вспомнил о ней, и к тебе пришел стыд? Поздно, шановны, поздно стыдиться.

И потом, она далеко, а я — вот я, здесь. Посмотри: разве я не красива? Хуже твоей жоны? Приди, обними меня, и полезем обратно в постель! Ну? Что я делаю не так? Скажи, мой Ахилл, и я сделаю, как ты хочешь!

— Малгожата, я не шучу. Это действительно курьер со службы, и я должен немедленно идти с ним. Оденься, пожалуйста, побыстрее.

Полька рассердилась.

— Шьведне![47] На улице пулноц, и ты выгоняешь меня, як дзивку. Естэж глова не ешть в пожонтку! Жэгнай! Ижд до диабла![48]

Она живо оделась и выскочила на лестницу, красная и некра сивая от злости.

Лыков едва поспевал следом.

— Как я смогу тебя найти? — умоляющим голосом спросил он. Малгожата остановилась, подумала и ответила уже спокойно:

— Оставь для меня записку у пана Владека. В том ресторане. Я подумаю, как тебя наказать. Но потом, возможно, прощу…

Чинной парой они спустились вниз. На площадке первого этажа четыре рослых парня, по виду мастеровые, обступили конторщика. Кажется, разговор шел серьезный — лицо у пана Влодзимежа было напуганное.