Одна тень на двоих

— И что?

— Ты боишься, если что-то гадкое оказывается рядом с тобой, когда ты особенно беззащитен. Спальня и ванная — это такое очень личное пространство. То, что там был кто-то чужой да еще делал что-то отвратительное, выбивает из колеи куда сильнее, чем… чем, если бы на кухне переколотили всю посуду.

Марта смотрела на него с внимательным и напряженным сочувствием.

Данилов встал и принес из кармана дубленки сигареты.

— Когда я нашел ту рубаху, то решил, что спятил, — сказал он твердо и взглянул Марте в глаза. — Я боюсь спятить с шестнадцати лет. Я не мог выступать, мне казалось, что у рояля сейчас упадет крышка и отрежет мне пальцы. Я боялся не только зала, но и рояля. До сих пор вижу во сне, что мне отрывает пальцы и затягивает внутрь, в рояль. Полночи я был уверен, что сошел с ума, а потом все-таки понял, что еще нет. Если бы я сегодня приехал один, да еще с дыркой в груди, и увидел эту надпись, не знаю, что со мной было бы. Ты нормально переносишь табачный дым?

— Я отлично переношу табачный дым, — уверила его Марта немного дрожащим голосом. Она даже не подозревала, что Данилов боится сумасшествия.

Данилов с его уравновешенностью, сдержанностью, рассудочностью, с его логическим умом и твердым представлением обо всем на свете!"

"— Но зачем? — задала она вопрос, на который Данилов никак не мог ответить сам, — зачем?!

— Не знаю.

— А машина? Она должна была тебя… убить?

— Думаю, что нет, — произнес он задумчиво, — убить машиной — очень ненадежный способ. Можно сильно ударить, покалечить, изуродовать, но нет никаких гарантий, что человек, которого сбила машина, непременно умрет. Мне кажется, что дело вовсе не в моей смерти…

— Но даже если бы она тебя просто покалечила, — закричала Марта, — все равно тебя увезли бы в больницу и ты не прочитал бы этого дурацкого послания на зеркале!

— Я думаю, что он — или она — видел, что меня не покалечил.

Марта замерла перед ним столбиком, как суслик в свете автомобильных фар. И глаза у нее стали круглые, тоже как у суслика.

— Как… видел?

— Очень просто. Он заехал за угол, припарковал машину и вернулся посмотреть на плоды трудов своих.

— Он… видел нас? Видел, как мы там ковырялись? В снегу?!

— Думаю, что да. А потом он приехал сюда, влез на балкон и написал, что я виноват. Чтобы я получил сполна.

— Почему ты решил, что он влез после того, как стукнул тебя машиной? Зачем было лезть, когда времени совсем не оставалось и ты мог в любой момент вернуться?!

— В спальне на полу снег с ботинка. Снег бы растаял, если бы лежал долго. Он ушел за несколько минут до нас. Снег не успел растаять.

Марта стиснула кулачки.

— Данилов, иди в милицию.

— Хочешь вина, Мартышка? Или тебе нельзя?

— Ты уже спрашивал. Мне можно.