Волчий час (СИ)

— И как стал заместителем?

— Он меня назначил! — отозвался придурок.

— Кто «он»? — взревел я, теряя терпение.

— Старый заместитель!

— А почему он сам тебя назначил? — удивился я, мгновенно растеряв всю злость.

Вы любите людей? Я — люблю! Люблю, когда они орут, визжат и просят пощады!.. А ещё больше люблю, когда они делают глупости. Так люблю, что потом они орут, визжат и просят пощады! Вот и в этой ситуации я отчётливо видел, что кто-то сделал большую глупость.

Возможно, я…

Возможно, мой старый заместитель…

Возможно, мой новый заместитель…

Возможно, мы все… И даже мои приближённые.

— Ну, давай отвечай! — потребовал я у, возможно, заместителя.

— Он же погиб! Надо было оставить вам заместителя! — трясясь, как пальмовый лист при шквале, ответил мне тот.

— Вообще-то я сам назначаю себе заместителя! — отрезал я.

— Это так, о лсихулу! Но он, умирая, передал свою должность мне в наследство! — запричитал новый, возможно, заместитель. — Мы с ним братья!

— Ах братья!.. В наследство, значит? — я на секунду задумался, а потом понял, что это бред чересчур даже для моего воспалённого сознания. — Долбанулись совсем, да?

— Нет! — дрожащим голосом не согласился этот упырь, хотя я его пару раз для надёжности пнул.

— Ну а вы… — я поднял взгляд на придворных. — Кто промолчал и ничего мне не сказал, а?! Почему промолчали?!

— Мы не промолчали, о лсихилу!

— Мы не вмешивались в кадровые вопросы, о великий!

— Да хватит уже! — взревел генерал Ингве. — Мой лсихулу, все они тебе врут!

— Ну и что? — не понял я.

— Они врут! — с носорожьим упрямством повторил Ингве.

— Генерал, это вообще не новость! — отмахнулся я. — Умение врать, льстить и восхвалять было главным критерием при отборе в придворные!

— Они врут в том, что ничего не знали! — возмутился генерал Ингве.

— Так… Это тоже был один из критериев… — растерялся я.

— Про заместителя! — в отчаянии взвыл генерал.

— Ну да, врут… Они видели, что он сменился без моего ведома, — согласился я.

— Про старого… А-а-а-а-а! — генерал явно запутался в своих трёх мыслях, поэтому я щедро подкинул ему четвёртую:

— Так ты чего сообщить-то хотел?

— Они сами подсказали старому заместителю, чтобы передал должность в наследство новому! — на одном дыхании, красный от возмущения, выпалил генерал. — Они и сами так свои должности уже третий день передают!

— Да-а-а-а? — удивился я.

Надо поставить себе зарубку: генералы — люди прямолинейные и любят, чтобы всё было под прямым углом. А что, если углов всего три? Они ведь начинают в них путаться. И чтобы вывести генерала из этой путаницы, надо, чтобы было четыре, шесть… Четыре чего?.. Чего-то я сам запутался… Короче, в трёх мыслях генералы путаются, а вот если их уже четыре — начинают общаться связно.