Все вернется

Юлиана достала пистолет и подошла к связанному:

– В прямом!

– Что это у вас? Пистолет?! Зачем? Девочки, что вы собираетесь делать?!

– Догадайся с трех раз, – Юлька играла пистолетом, небрежно вертя его в руке, и с усмешкой смотрела на Зосимова.

– Н-не надо… – Леонид Максимович заметно побледнел.

– Трупы продавать было не надо!

– К-к-какие т-трупы?..

– Разные. В том числе – детские! – Юлиана как бы случайно направила ствол на Зосимова.

– Ай! Девушка, осторожнее! Он з-заряжен?

– А как же! А почему это ты дрожишь? Тебе так и так помирать… Готовься!

– К-как помирать?!

– От пули.

Девочки, дайте мне целлофановый пакет. Надо его надеть ему на голову, а то мозги брызнут во все стороны, мы тут все загадим…

– Н-не надо п-пакет! Н-не надо мозги!.. Девочки! Что я вам сделал?!

– Ты торговал трупами, выдавал липовые заключения о смерти, изменял жене… Этого тебе мало? Негодяй! Ты был соучастником преступления, благодаря которому я осталась без своего ребенка. Твоя любовница Ангелина, главврач роддома, похитила его у меня, отдав мне взамен тело какого-то чужого младенца. Сознайся: это ты дал его ей?

– Н-нет! Что вы!

– Врешь! У нас есть доказательства! И свидетели.

Поэтому ты умрешь! Ты – преступник. Ты уже и завещание написал… Молодец! Желаешь отдать свои органы нуждающимся в них людям!.. Хоть какая-то кому-то польза будет от тебя!

– Какие органы?! Каким людям?! Элеонора, что она говорит?!

Я подошла к Зосимову и сунула ему под нос его «завещание».

– Это не я писал! Я не мог такое написать! – завизжал Зосимов.

– И подпись, скажешь, тоже не твоя?

– Подпись?! Нет, не моя, я не мог такое написать! Я был пьян! Элеонора! Я не хочу кончать жизнь самоубийством! Я хочу жить!

– Как же хочешь, когда здесь черным по белому написано: «…Решил покончить жизнь самоубийством… Мои органы прошу отдать больным людям, которые в них нуждаются…» Зосимыч, ты давай уж, определись, хочешь ты жить или не хочешь!

– Элеонора! Я понял… Вы – вымогательницы! Вы мне с самого начала не понравились!

– Да, мы вымогательницы, – охотно согласилась я, – а ты, если хочешь остаться в живых, позвони своей любовнице, пусть она заплатит за тебя выкуп.

Если она согласится тебя купить, мы тебя отпустим.

– Она согласится! Ангелиночка согласится! Дайте мне телефон! Быстро дайте мне телефон!.

.

Я достала из кармана Зосимова сотовый, нашла в «записной книжке» слово «Ангелина» и нажала на зеленую кнопку.

– Ангелина Романовна! Вас беспокоят по поводу вашего знакомого, Леонида Максимовича…

– Ангелиночка!..

Зосимов успел выкрикнуть только одно слово. Юлиана легонько стукнула его по голове разделочной доской, и он притих, вобрав голову в плечи.

– Я такого не знаю и знать не хочу! – гордо ответила бывшая возлюбленная патологоанатома.