Все вернется

– Я знаю… Но он пропал два дня тому назад… В милиции заявление не берут… Говорят, приходите через трое сут…

– В больницах искали?

– А как же! Первым делом я все больницы обзвонила, нигде его нет…

– Документы при нем были?

– Нет, вряд ли. Он ведь просто пошел прогуляться и друга заодно проводить. И не вернулся! Я до утра ждала, думала, он у друга заночевал. А потом я начала всех его знакомых обзванивать…

– Понятно. Но у нас, знаете ли, не положено… гм… осматривать. Начальство заругает. Надо чтобы все было в официальном порядке!

– А если в неофициальном? – тихо спросила я неопрятного.

Он воровато огляделся по сторонам и так же тихо ответил:

– Тогда – через магазин. Понимаешь?

– Не маленькая, – кивнула я.

– И приходи попозже, скоро начальство разойдется…

– Ты мне точно скажи, когда?

– Часа через полтора. А сейчас – давай, выходи, не положено!

Я вышла из морга и посмотрела на часы. Полтора часа – это пустяки. Схожу пока что за бутылкой. Интересно, где тут ближайший магазин?

Через полтора часа, уже «во всеоружии», я подошла к дверям с надписью: «МОРГ. Выдача тел с такого-то часа…» Я постучала. Через пару минут дверь со скрипом открылась, и моему взору предстал неопрятный тип, работавший здесь, по всей видимости, санитаром.

– Принесла? – первым делом осведомился он.

– Само собой, – сказала я, протягивая ему пакет, где лежала бутылка «Столичной».

– Во! Другой разговор! Идем за мной!

Мы зашагали по мрачному коридору. По обеим его сторонам имелись двери с надписями, которые я едва успевала читать. Но кабинета патологоанатома я не обнаружила.

– А ты не забоишься? – спросил меня санитар.

– Постараюсь. Надо же мне как-то Леху отыскать! Завтра мать его приезжает из отпуска, что я ей скажу?

В одной из открытых дверей я увидела еще одного такого же неопрятного, как мой сопровождающий.

– Эй, Бычок, куда ты? И кто это с тобой?

«Бычок» бросил на ходу небрежно:

– Ща приду! Ты там пока, это… колбаски и хлеба порежь, поужинаем.

– Дак с чем ужинать-то, у нас же нету?..

– Это у вас нету, а мы надыбали!

– У!.. Ё!.. – второй радостно загремел железными тарелками и кинулся накрывать на стол.

Мы, наконец, дошли до анатомического зала, где стояли три металлических стола. У стен имелись другие столы, обыкновенные, и на всех лежали под простынями тела…

– Сколько вашему лет? – спросил Бычок.

– Лет тридцать, – пролепетала я. Мне было как-то не по себе.

– А ты точно не знаешь, что ли? Жених свой возраст скрывает? Ну, люди! Так, неизвестных у нас трое. Это бомж, не подойдет. Этот старый, тоже не ваш.

Я едва косилась на синие лица.

– … Этот… Ну-ка, подь сюда!

Я подошла к столу. Бычок откинул простыню, я несмело взглянула в лицо какого-то мужчины. Ему было лет тридцать пять, может, чуть больше.