Все вернется
Полина Казакова, известная в городе как Мисс Робин Гуд, узнает, что подруга детства Юлиана родила ребеночка. К несчастью, мертвого! Полина навещает Юлиану и слышит странные вещи – якобы новорожденный жив и здоров, но неизвестно, где находится. Вероятно, от горя бедняжка не вполне адекватна. Однако вскоре Полина вынуждена поверить в такой ход событий. Убеждают Казакову две справки, в одной из которых черным по белому написано: у Юлианы нет внутриутробной инфекции, и она способна родить здорового младенца. А в другой, выданной в роддоме, утверждается: инфекция у нее была, и мамочка, скрыв опасный диагноз, сама виновата в смерти собственного малыша… Безнадежно? Только не для Мисс Робин Гуд!
– Ну что? – Бычок нетерпеливо дернул плечом. – Не годится?
– Что значит «не годится»?! Я не курицу на рынке выбираю! Не мой это, мой моложе, а этот старше намного, да и цвет лица у него, как у Шрэка… Что это с ним, кстати?
– Паленой водки выпил, сердешный! Оно ведь так бывает, когда припрет: выпьешь все, что под руку попадет!..
– Нет здесь моего…
– Так и радуйся! Значит, еще жив! Может, он в больнице где-то лежит. Лежит себе, полеживает… Целехонек-здоровехонек…
– Это в больнице-то – здоровехонек?!
Я смерила взглядом неопрятного санитара. Тот кашлянул, поняв, что сморозил что-то не то.
– Слушайте, может, у вас еще чьи-нибудь трупы есть? Вы мне все показали?
– Есть еще один труп неопознанный, но он женский. Ваш жених не был, случайно, транссексуалом?
– Чего-о?
– Тогда точно – не он. То есть не она. Все, дамочка, трупы на сегодня закончились. Остальные – опознанные.
– Ну что же мне делать-то?! – заныла я, двигаясь, подталкиваемая Бычком к выходу.
– Приходите завтра. Завтра новых подвезут, может, вам повезет, и вы своего жениха найдете…
– Может, и повезет… – бормотала я, берясь за ручку двери.
Я вышла на улицу, и санитар закрыл за мной дверь на засов – я это слышала.
Ну и что? Ничего я не узнала. А если вернуться сюда завтра? Хм… под каким предлогом? Надо поискать новый вариант… Поиск своего жениха я уже использовала. Следует придумывать что-то еще.
Я ковыляла к своему «Мини-Куперу» в отвратительном настроении.
Вечером, когда я сидела с книжкой у камина и предавалась размышлениям о смысле жизни, ко мне подсел дед.
– Ты что-то совсем расклеилась, Полетт. Ходишь как в воду опущенная. Что-то случилось?"
"– Да, дедуля. Передо мной стоит некая задача, а я никак не могу ее решить.
– Сложная?
– В общем, да. Надо проникнуть в морг и установить прослушку в кабинете у патологоанатома.
– Это трудно… Я бы точно ничего не придумал.
– Главное, я туда сегодня проникла – под предлогом поисков моего пропавшего жениха. Ну, правда, это было уже вечером, в морге находились одни санитары.
– Да, задачка! Без прослушки тебе никак?
– А ты знаешь другой способ узнать, о чем шепчутся в кабинете патологоанатома за закрытыми дверями?
– Честно говоря – нет.
– Вот и я тоже. Поэтому я и сижу, ломаю голову и чувствую, что скоро сломаю ее совсем…
– Ну, ну, типун тебе на язык! Что-нибудь сообразим. А пока сыграй-ка лучше на саксофоне, дочка. Я давно не слышал твоей игры.
Дед иногда называл меня дочкой.















