Всем бедам вопреки

Рионна нахмурилась, провела рукой по его груди и прижалась к мужу. Он говорил так холодно. Совсем не похож на теплого, нежного воина, которого она любит всем сердцем.

Впервые она задалась вопросом, уж не повредила ли Элспет ту часть его сердца, которую больше невозможно излечить?

Кэлен сжал ее руку, и они долго лежали молча. Она думала о только что услышанном, и чем дольше размышляла, тем больше не могла понять одного.

— Кэлен!

— Что?

— Почему Камерон напал на вас? С какой целью? Он не захватил твою землю. Оставил дома лежать в руинах и вернулся к себе.

Кэлен тяжко вздохнул:

— Этого я не знаю. И никогда не знал. Он словно передал послание, смысл которого остался неясен. Мы были мирным кланом. Ни с кем не воевали. Отец никогда не занимался набегами, не сражался ради наживы. И больнее всего то, что он погиб от руки жестокого убийцы, хотя сам никому не причинил зла.

Рионна приподнялась на локте, чтобы посмотреть на мужа. И вдруг ей показалось очень важным сказать то, что горело на языке.

— Я — не Элспет, Кэлен. И хочу, чтобы ты это знал. Я никогда ни за что не предам тебя.

Он долго смотрел на нее, прежде чем притянуть к себе и поцеловать.

— Я знаю, Рионна. Знаю.

Глава 28

Май не принес перемен в погоде. Зима словно старалась отомстить за теплый январь и упорно препятствовала наступлению весны.

Кладовые были почти опустошены, но воины две недели не могли выехать на охоту из-за непрерывных снегопадов.

Все были вынуждены сидеть по домам, у огня, чтобы хоть немного согреться. Кэлен сгорал от нетерпения, ожидая когда станет теплее и прибудет гонец от Юэна.

В конце третьей недели наконец выглянуло солнце. Прибыл посланец от Юэна с сообщением, что в Ним-Аленне все спокойно и что подготовка к битве находится в самом разгаре. Юэн уже рассылал послания другим лэрдам. Король направлял в Ним-Аленн целое войско солдат, преданных короне.

Много времени было потеряно из-за постоянных снегопадов и жестокого холода. Теперь Юэн торопился начать войну и приказывал Кэлену приготовиться и ждать дальнейших распоряжений.

Несмотря на то что Рионна знала о неминуемом начале войны, все же эти новости ее встревожили. Она вовсе не желала посылать мужа и своих людей на войну, но держала опасения при себе. Она не станет обременять мужа, который не мог дождаться сражения с армией Камерона.

Он не находил себе места и с каждым днем становился все молчаливее и напряженнее. Наконец, когда они доедали остатки дичи, Кэлен собрал охотников и объявил, что следует настрелять как можно больше добычи за то короткое время, которое осталось до начала войны.

Его нетерпение передалось воинам, и охота была средством немного прийти в себя.

Кэлен стоял в зале. По правую руку была Рионна, по левую — Гэннон.