Всем бедам вопреки

Идеально вылепленному телу. Телу воина. Не мальчишки. Мускулистому. Покрытому шрамами. С шероховатой кожей.

Его мужское достоинство вставало из островка черных волос. Толстое и тяжелое.

— Зрелище, предназначенное для обольщения мужчин, — выдохнул Кэлен, глядя на склонившуюся у его ног жену.

— Тебе нравится, когда женщина у твоих ног? — улыбнулась она.

— Я не настолько глуп. Признать это все равно что отрезать себе яйца.

Она медленно встала, гладя его бедра.

— Но тебе это нравится.

Он застонал, когда она чуть сжала тяжелый мешочек и взвесила в кулачке.

— Да, и очень. Нет более сладкого зрелища, чем ты на коленях, между моих ног, готовая ублажить меня.

Она осторожно сжала его плоть другой рукой, стала ласкать.

Да, она решилась обольщать его, но понятия не имела, что делать дальше. Кили недостаточно подробно все описала. Только то, что делать вначале.

Кэлену понравилось, когда она встала на колени. Ясно, что ему по душе покорная жена. И возможно, лучше всего, если она предоставит ему действовать дальше. И ей не придется признаваться, насколько она невежественна в подобных делах.

— Научи меня, муж, — попросила она грудным нежным голосом. — Покажи своей девочке, что делать.

Вспышка в его глазах должна была встревожить ее. Хищный, почти свирепый взгляд, пославший озноб по ее спине. Его пальцы запутались в ее волосах, и он отодвинулся ровно настолько, чтобы ее голова откинулась, а шея выгнулась.

— Я хочу видеть тебя обнаженной. Знать, что каждый дюйм этой красоты принадлежит мне.

— Можно мне подняться, чтобы выполнить твой приказ, муженек?

Желание тлело в его взгляде, подобно углям, и она поняла, что кокетливая игра нравится мужу. Прихотливые повороты мужского мышления никогда не переставали поражать ее.

Не дожидаясь его ответа, совершенно бесполезного, она медленно встала и отодвинулась, чтобы тепло огня омывало ее кожу.

Скрывая улыбку, она повернулась к нему спиной и стала развязывать на талии кушак. Оглянувшись, она увидела, что он зачарованно наблюдает за ней.

— Мне нужна твоя помощь, муженек.

Дрожащими руками он развязал ее платье. Когда оно поползло вниз, она переступила через складки ткани и осталась в одной сорочке.

Снова повернувшись к нему, она медленно стянула бретельки рубашки с плеч. Вырез застрял на груди. И пришлось легонько потянуть его вниз, пока и рубашка не оказалась на полу.

— Теперь я могу позаботиться о тебе, муж?

— О да, жена. О да.

Она снова встала на колени, проводя руками по его бедрам. Запоминая каждый изгиб, каждую мышцу, неровные бороздки шрамов, старых и недавних.

— Покажи, что тебе нравится, — прошептала она.

— Зубы Господни, какая ты красавица, девочка! Глаза сияют ярче тысячи солнц. И твои губы такие сладкие.