Посох двуликого Януса

В последний раз я ходил в магазин… дай бог памяти… сколько же лет мне было? Сорок два или сорок три. Шел к своей даме сердца, по дороге заскочил купить вино и шоколад. Да, больше двадцати лет прошло.

«Господи, я только-только родилась, а ему уже было за сорок, – подумала Наяна. – Какой же он старый!»

– Я совершенно не помню, о чем думал, когда выбирал, какое вино купить и какой шоколад, – продолжал Бочаров. – Расскажи, как это происходит.

Разговор принял неожиданное направление, но Наяна мгновенно втянулась в него. Евгений слушал очень внимательно, но постоянно перебивал: ему требовались уточнения.

– Вот ты берешь и рассматриваешь пачку, например, печенья. Что ты чувствуешь? На что обращаешь внимание? На то, что написано на обертке, или на ощущения? Ты только держишь пачку в руке или гладишь ее пальцами? Ты ощущаешь ее вес? А понюхать пытаешься? А что ты делаешь, если запах тебе нравится, а упаковка на ощупь неприятная? Как принимаешь решение?

– Упаковки все одинаково неприятные, в смысле – они же искусственные. Но они все равно отчасти разные. Одни совсем гладкие, другие с выдавленными буквами или узорами, бывают и немножко шершавые…

Наяна говорила и поражалась сама себе: она, инструктор второго уровня, вместо того чтобы исступленно бороться за повышение квалификационной категории, рассказывает о том, как делает покупки в магазинах.

И кому рассказывает! Не подружке, не Максиму с Варварой, а студенту! Где-то в самой глубине сознания мелькнуло: «И не Юберу». Но мелькнуло так быстро, что она и не заметила.

И точно так же не заметила, что к концу часа, отведенного на занятие, рассказывала уже о своей любимой ели. И снова слышала те же вопросы:

– Что ты чувствуешь, когда подносишь палец к иголкам? Нет, еще не коснулась, но вот-вот коснешься, буквально микрон остался.

Ты что-то ощущаешь в этот момент? А о чем ты обычно думаешь, когда иголка утыкается в подушечку пальца? У тебя от этого меняется настроение?

Странное получилось занятие. И весь разговор получился странным. Но Наяна не думала об этом. Ей было легко и хорошо, тело стало невесомым, мышцы казались сильными, а все жизненные планы – легко выполнимыми. Она чувствовала себя счастливой, но не пыталась объяснить себе это непонятно откуда взявшееся ощущение.

Ведь это совершенно естественно: чувствовать себя счастливым, когда все нормально на работе и дома, правда же? О чем тут еще думать?

И вот подходит к концу август, разрешения на Тоннель как не было, так и нет, а Наяна продолжает «заниматься» с Евгением Эдуардовичем Бочаровым. Теперь она мысленно берет слово «занятие» в кавычки, потому что никакие это не занятия, а просто разговоры обо всем на свете. Права оказалась Альбина Стражалковская, с Евгением всегда находилось о чем поговорить и что обсудить.