Запретная. Не остановить

Поглаживаю, ласкаю, возбуждаю.

Затапливает нежностью, и я замираю на секунду, торможу сам себя. Сжимаю челюсти, чтобы хоть немного справиться с тем ураганом, что сейчас бушует и раздирает изнутри.

Напоминаю себе о том, что должен следить за собой и не выказывать ничего. Решено, что без возврата, что никаких лишних чувств.

Не церемонься с ней, поимей и выстави ее из номера.

Эти слова я наматываю на себя, повторяя, словно главную и, блядь, самую сверхважную, обязательную к запоминанию мантру.

Отстраняю ее от себя и рывком спускаю вниз одежду, оголяя и рассматривая все до самой талии.

Не сводя взгляда с ее груди, толкаю ее на кровать, и тут же, не давая возможности опомниться, наваливаюсь на нее сверху и вжимаю. Набрасываюсь с жадными поцелуями на ее торчащие возбужденные соски.

Нереальная, охуенная, любимая…

Жестко.

Просто тупо бездумно поиметь.

Разгоняйся и пошел, блядь, отпустив все мысли и ни о чем вообще не думая. Не в первый, и не в последний, кажется, раз.

Чувствую, как ее пальчики забираются мне в волосы. Начинают ерошить, поглаживать и сжимать, слегка натягивая кожу головы.

Арина стонет и выгибается мне навстречу, а я забираюсь под резинку ее трусиков и стягиваю их с нее.

Теряю себя, едва не исходя слюнями, как малолетний пацан-девственник, дорвавшийся в первый раз до желанного женского тела, на которое раньше лишь облизывался и активно мастурбировал.

И каждый раз так, когда с ней.

Словно впервые, когда от восторга и непреодолимого желания на части рвет и перекручивает.

— Сладкая. Блядь, как же я тебя хочу, — рвано выдыхаю в ее раскрытые губы, едва прикасаясь, и тут же увожу их в поцелуи шеи и района декольте.

А потом чуть приподнимаюсь на локтях, освобождаюсь частично от одежды и придвигаю ее бедра ближе к своему стояку.

Хочу войти вот именно так, в податливую, текущую и раскрытую. С затуманенным расфокусированным взглядом и покрасневшими от всего происходящего щеками.

Но в последний момент установки все же срабатывают.

Я с рычанием сцепляю зубы и дергаю ее, переворачивая к себе спиной. Рывком ставлю на четвереньки.

— Выгнись, — командую я и кладу ладони ей на лопатки.

Начинаю постепенно продавливать.

— Попой кверху выгнись, не зажимайся. И ноги шире раздвинь.

Она дергается, но я не разрешаю ей отстраниться.

Ставлю ее, как мне удобно, прогибая, максимально раскрывая для себя и жестко ломая, к херам, ее сопротивление.

— Я уже видел все, если что, — произношу, вызывая этими словами очередной приступ паники у Бельчонка.

И тут же заглушаю его поцелуями ее спины, поглаживаниями и ласками, от которых сам едва не кончаю.

Блядь.

— Постой пару секунд спокойно, больно не будет, — хрипло произношу я.