Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов

Внимательно слушавший их разговор казаки снова переглянулись и дружно покосились в ту сторону, куда ушла отброшенная парнем баба. Что они тут делают и чего ждут, Елисей не очень понимал, но вдаваться в такие подробности у него не было никакого желания.

– Заберите этих, – Елисей нагайкой указал на валявшихся в пыли побитых мужиков, – и сообщите доктору. Драку они затеяли.

– Ты это, Елисей. Уверен, что они зачинщики? – уточнил унтер на всякий случай.

– А когда было такое, чтобы мои парни кого-то без моей команды тронули? – жестко усмехнулся парень.

– То правда, – вдруг вступили в разговор старики.

– Не бывало такого, чтоб выученики его к кому сами пристали или без приказа драку затеяли.

Унтер, пожав плечами, огляделся и, приметив в стороне старую арбу, велел одному из своих солдат:

– Вели вознице сюда подъехать. Не на себе ж этих волочь.

Солдат быстро выполнил команду, и солдаты с ворчанием и прибаутками принялись грузить жалобно стонущих мужиков в арбу. Оглядев свое встрепанное, но не побежденное воинство, Елисей одобрительно усмехнулся и, кивая на побитых, спросил:

– Небось, по двое на одного кидались?"

"– Еще чего, – презрительно сплюнул кровь с разбитой губы Мишка.

– Им не много и надо было. Били, как ты учил. Чтоб сразу из боя вывести. Мы сюда не толпу веселить пришли.

Услышавшие эти слова казаки только одобрительно ухмыльнулись. Парень же, почесав в затылке, на всякий случай уточнил:

– Так. Рассказывайте подробно, как справились?

– Просто. Я по коленям бил, Андрей в голову, чтоб дух выбить. И остальные так же. Кто пониже ростом, ноги побивали. Кто повыше, в морду, так, чтоб сразу сознания лишить.

– Понятно, – одобрительно кивнул Елисей.

– Похоже, наука моя даром не прошла. Молодцы. Ловко сообразили.

Мальчишки от этой похвалы дружно заулыбались, сверкая разбитыми физиономиями. Несмотря на всю их ловкость, досталось ребятам крепко.

* * *Два дня прошли спокойно, а в ночь на третьи сутки в дверь дома бабки Радмилы кто-то застучал, и, похоже, кулаками. Сорвавшись с кровати с револьвером в руке, Елисей шикнул на высунувшихся было женщин и, откинув крючок, сделал шаг назад, беря входящего на прицел.

– Елисей! – послышалось из сеней. – Ты, что ль?

Света зажечь никто не успел, и потому в доме было темно.

– Назовись, болезный, – угрюмо отозвался парень.

– Николка я, из комендатуры вестовой, – растерянно представился пришедший.

– Миша, лампу затепли, – не оглядываясь, велел парень, услышав крадущиеся шаги мальчишки.

Свет керосиновой лампы осветил комнату, и Елисей первым делом всмотрелся в лицо щурившегося вестового.

– Случилось чего, Никола? – спросил парень, узнав молоденького солдатика из нового призыва.

– Так это, комендант тебя велел срочно звать. Беда у нас, Елисей, – зачастил солдат.