Ты у меня одна

— Запомнил, — улыбнулся он.

Алёна прикусила губу и задумалась. Смотрела на Ванькин чеканный профиль, пыталась проникнуться его спокойствием. Снова нахлынуло легкое волнение.

— А что будет, если мы когда-нибудь по-настоящему схлестнемся в разности взглядов?

— Не знаю, — невозмутимо ответил Шаурин. — Если схлестнемся, то придется тебе искать точки соприкосновения.

— Мне придется? — изумилась Алёна его ответу.

— Тебе. Мы же определились, что мастер по поиску консенсусных точек у нас ты.

— С тобой легче согласиться, чем в чем-то переубедить.

— Соглашайся. Если не можешь доказать мою неправоту.

Найди мне железные аргументы, и я признаю, что не прав.

Уже что-то. Не кричит, что всегда прав, – и то ладно."

"— Да, Вань, будь ты хоть чуть-чуть послабее, я б тебя уже давно скрутила. Но ты поаккуратнее, а то если я начну тупить, хлопот не оберешься. И да, ты прав абсолютно, я уважаю сильных людей. Они способны на многое. Но для меня сила в другом. Не в том, вернее, не только в том, чтобы суметь стереть кого-то с лица земли, а в силе душевной, в способности самопожертвования, преодоления, переосмысления. То, что ты сказал мне вчера, очень важно.

Я много думала над твоими словами. Вот это мне очень важно – то, что ты видишь грань между примитивным «хочу» и реальным «нужно». Ты у власти — на высоте. А на высоте нужно уметь держать баланс. Иначе рухнешь в пропасть. А все остальное… — замолчала, подбирая слова. Не стала напоминать про отца-авторитета и людей, как ресурс, Ваня и сам поймет, что она имела в виду. — …остальное лежит вне зоны моего влияния.

Не стоило, возможно, говорить о важных вещах вот так – на ходу. Но, впрочем, какая разница где и как говорить, главное, что каждый из них отдавал отчет в своих словах.

Другого такого случая может не представиться.

Зря Алёна думала, что второй раз дом Шауриных не произведет такого грандиозного впечатления. Наоборот, после Ванькиных откровений в глаза бросились детали, которые тогда не заметила, тоньше почувствовалась атмосфера, кажется, яснее ощутился запах денег и огромной власти. Если в свой первый приход удалось успокоить себя тем, что плевать, какое мнение о ней составит мать Ивана, то сегодня было уже далеко не плевать. Волновало не только мнение Шауриных-старших, но даже то, что после этого вечера будет думать о ней младшая Ванькина сестра.

Рука в руке они с Ваней прошли через анфиладу комнат в гостиную. Денис Алексеевич сидел, удобно расположившись на диване; Юлия Сергеевна – аккуратно примостившись на краю. Ее мелодичная речь оборвалась — увидев сына с девушкой, она в улыбке расцвела и порывисто поднялась. Денис Алексеевич не двинулся с места, только лицо его смягчилось, потеряв сосредоточенность. Серо-льдистые глаза заискрились мягким смехом.