Зельеварка

Видно, со шлаками вышли.

– Почему меня несет со страшной силой? – прошипел канцлер.

– Ваша светлость! Вы не дали мне взять пилюлю для образца! – возмутилась я. – Сами ее проглотили. Откуда я могу знать, что с чем соединилось и среагировало подобным образом? Вдруг у вас непереносимость, и организм так борется? Есть сложные многокомпонентные яды, которые сами по себе вовсе не ядовиты, но соединившись вместе, способны сжечь человека заживо. Сочетание пудры, крема и духов убило знаменитую куртизанку Софронию! Это хрестоматийный случай, показывающий, что работа зельевара крайне сложна и…

– Мури Блейз! – прошипел канцлер.

 – На забывайте, что над вами висит смертный приговор! Вы тут чем занимаетесь?

– Крем для рук сделала, – охотно сунула под нос канцлеру баночку. – Все равно мне еще не доставили необходимых ингредиентов.

– Фабио! Что скажете?

– Мури Блейз поразительно трудолюбива, – тщательно скрывая недовольство, ответил придворный зельевар. – Никогда не видел такого рвения при помощи страждущим. Она уже десяток зелий наварила с утра.

Я радостно улыбнулась в ответ на скупую похвалу. Да я такая, простая, глуповатая и отзывчивая девушка.

Зельевары все такие! Наивные и легковерные! А главное, невнимательные!

– Могу сварить закрепитель, если вас еще несет, ваша светлость, – щедро предложила я.

– Не стоит, уже прошло, – отшатнулся канцлер. – Мне нужно присутствовать при трапезе короля, потом разделить с ним прогулку.

– Никогда не видела, как кушает король, – с придыханием закрыла глаза.

– Фабио, что скажешь, друг мой?

– Полагаю, что мури заслужила небольшой отдых, – зельевар просто-таки мечтал меня выставить из своей вотчины.

Мешаю ему варить что-то нелегальное?

Я быстро сняла фартук и пригладила волосы. Канцлер оглядел мое простое серое платье с перламутровыми пуговичками и закатил глаза.

– Мури, вы все поняли? – сказал он перед обеденной залой.

Что ж тут непонятного? Не высовываться, стоять поодаль, желательно за колонной в соседнем зале, а то на глаза королю могу попасться. А смотреть, как кушает король, великая честь! Которой я вовсе не достойна! Мое место в тюрьме, и только по доброте душевной его светлости я разгуливаю тут по роскошным залам.

Я кивала на каждое слово, как фарфоровый болванчик. Хотя доброта и первая должность в королевстве – понятия несочетаемые."

"К канцлеру подошел придворный, они обменялись парой слов.

– Пока не узнал, – донеслось до меня.

– Ах, как его величество будет расстроен. Они с Тобиасом одноклассники и старые друзья, – вздохнул канцлер. – Неудивительно, что никто не спешит сообщить королю ужасные новости.

Канцлер выразительно глянул на меня, и я понятливо отошла подальше. На меня косились любопытные придворные.