Женимся! Семья за одну ночь

- Нет, мы не настолько близки, - отмахиваюсь, закусывая губу.

""Всего лишь женаты"", - добавляю про себя.

- Ты будь с ним помягче. Он к тебе привязался, я сразу заметила его отношение, пяти минут хватило, - по-доброму усмехается. - Просто он закрытый и сдержанный, как наш папа.

- Не сравнивай, - отрезаю хмуро и тоскливо. Отец – это святое. Самый главный и лучший мужчина в моей жизни. Таких в мире больше нет.

- Ты сама это видишь, иначе бы не выбрала его, - загадочно подмигивает мама и, чтобы я не успела с ней поспорить, спешно уходит вглубь оранжереи."

"Провожаю ее задумчивым взглядом, сильнее расстраиваюсь и, чтобы поднять себе настроение, мигом нахожу то самое завирусившееся видео с нашей свадьбы.

Включаю без звука, а хмельной голос Высоцкого воспроизвожу по памяти. Рычащие нотки играют в ушах, как наяву, и уголки истерзанных на нервах губ сами тянутся вверх.

«Серьезный мужчина», - кривляюсь изображению. Останавливаю кадр, тянусь пальцами к экрану, почти дотрагиваюсь… Но одергиваю руку, услышав, как кто-то барабанит по стеклам. Звук эхом разносится по оранжерее.

- Мамуль, стучится кто-то? – недоуменно оглядываюсь.

- Или у меня галлюцинации?

- Сосед, наверное. Он часто через сад к нам ходит, чтобы путь срезать, - воодушевленно отвечает мама, кокетливо поправляет прическу, пачкаясь в цветочной пыльце, и теряется, когда я вопросительно вздергиваю бровь. - Сиди, я посмотрю.

Пожав плечами, возвращаюсь к ноутбуку… Голос в моей голове вдруг становится реальным. Панически убираю громкость, которая и так была на нуле, но все отчетливее слышу бархатный баритон, заставляющий сердце забиться в агонии.

- Добрый день, Раиса Георгиевна, прошу прощения за вторжение.

Примите этот букет в знак благодарности за вашу прекрасную дочь, которая не отвечает на звонки, - повышает тон, чтобы до меня долетело. - Честное слово, мы долго стояли у парадного входа, но не смогли достучаться. А так как без Александры нам уйти никак нельзя, то решили проникнуть на территорию. Надеюсь, вы нас извините.

Мы? Нас? У Высоцкого мания величия прогрессирует? Высматриваю его через зеленую стену растений, различаю мощную фигуру в зимнем пальто, присыпанном снегом, а рядом вижу кудрявую куколку в дубленке. Невольно расплываюсь в широкой улыбке.

- О, мама Сашка-а-а! – радостно визжит Маруська, срывается с места и со всех ног мчится ко мне. - Папа сказал, ты болеешь. Выздоровела?

- Сам он больной… по жизни, - пыхчу возмущенно, выбираясь из пледа, но каким-то образом запутываюсь еще сильнее.

Разливаю чай, роняю кружку, следом с колен слетает ноутбук, с которым я мысленно прощаюсь, даже не пытаясь спасти. У меня сейчас другая цель - счастливая, красивая, кучерявая...

Раскинув руки, я ловлю запрыгнувшую на меня девочку.