Зимнее лето весны

Меня переклинивало, а Полина ее жалела. Повторяла: это болезнь, Ленка не виновата, она как наркоманка. И рада бы от зависимости избавиться, но не получается. Вот и Ленка собой не владеет. Полина вечно всех оправдывает, а я видела: Напалкова просто жадобина несусветная и воровка. Запросто могла утянуть вещь, если плохо лежит. Мы ведь со школы дружили: я, Ленка, Полина, Галка и Тася. Поля с Таськой – два чуда в перьях, а в Напалковой я не сразу разобралась, но потом все про нее поняла.

Фатима прижала к груди руки и тараторила без остановки.

Глава 25

Пять девочек подружились с первого класса. Они жили рядом, вместе бегали в школу, вместе возвращались, делали уроки у кого-нибудь дома."

"Детская дружба, как правило, приправляется обидами, выяснениями отношений, а при общении девочек и разборками из-за мальчиков. Но в этой компании ничего подобного не случалось. Даже в старших классах, даже в выпускном. Полина и Таисия были совсем неконфликтны и всегда уступали напористой Лене, а Галина лишь смеялась в ответ на грубости последней. Вот Фатима иногда дулась на Напалкову, между ними двумя порой назревал скандал. Но стоило Фатиме обидеться, как Лена обнимала ее и говорила:

– Я тебя люблю! Ну не злись, не хотела тебя обидеть.

Лена очень ловко умела подлизываться ко всем, и одноклассники, и учителя считали ее милой и откровенной. Ну поступила девочка в чем-то не совсем красиво, так ведь честно раскаялась, признала свою вину, попросила прощения…

Фатима тоже придерживалась такого мнения, но в девятом классе она случайно увидела, как Напалкова шарит по карманам чужих курток в гардеробе, ворует деньги. Фатима возмутилась. Пожаловаться учителям было нельзя, у школьников свои понятия о чести и достоинстве, девочка просто подошла после уроков к самой Лене с прямым вопросом:

– Зачем мелочь тыришь?

Напалкова сделала большие глаза.

– Ты о чем?

– Не придуривайся! – рассердилась Фатима. – Я видела, как ты в гардеробе орудовала!

Одноклассница повертела указательным пальцем у виска.

– Ты того, да? Я перчатки искала! Мое пальто на полу валялось, шарф в одном углу гардероба, шапка в другом, а перчаток нет. Я подумала, их баба Валя кому-то другому в карман впихнула. Дура ты, Фатька!

Фатима растерялась. Лена вела себя спокойно, она не плакала, не просила подругу сохранить все в тайне. В раздевалке и впрямь царил бардак, а техничка баба Валя вполне была способна поднять с пола перчатки и сунуть их в первую попавшуюся под руку куртку.

Фатима не сообщила об инциденте Поле с Тасей, но с тех пор начала присматривать за Леной и скоро поняла: та охотно берет чужое.