Адские ныряльщики

Туда кто-то пробрался!

Капитан повернулась, чтобы лучше видеть вход в агроотсеки. Дженкинс держался за колесо люка, готовый его повернуть.

– Капитан, кто-то пытается починить баллон, – сказал Джордан.

«Тин», – подумала Эш. Это мог быть только он.

– Дженкинс, отбой! – крикнула она.

22

Тину показалось, что где-то раздался крик. Он остановился и прислушался, но звук не повторился. Со лба скатилась капля пота, он утерся рукавом. Ему удалось обследовать большую часть баллона, но он ничего не нашел – ни прокола, ни дыры.

– Где же эта пробоина, черт бы ее побрал?! – завопил Тин, дав, наконец, выход своей досаде.

Он перебрался на противоположную сторону огромного цилиндрического пространства и подумал: может, капитан Эш обманула? Этот баллон могли на время отключить. И никакой дыры в нем нет.

Стоп. Не надо так думать. Капитан Эш – хороший человек, она всегда говорила ему правду. Он ее не подведет. Тин осветил фонарем гладкую поверхность переборок, встал на цыпочки и посмотрел наверх. Там был люк, за которым скрывалась труба, снабжавшая отсек гелием. Инженеры наверняка перекрыли ее, как только обнаружили утечку. Гелий был бесценным материалом, который трудно добывать на поверхности. На «Улье» было несколько резервуаров с запасами этого газа, но тратить его впустую, не проверив, есть ли утечка, они себе позволить не могли.

Тин снова опустился на пол. Люк в инженерный отсек, который находился внизу и был отделен от него несколькими палубами, оказался заперт, но Тин все равно подергал его, чтобы убедиться.

Он не знал, сколько прошло времени, но у него появились странные симптомы. Движения замедлились. Он облизал сухие губы, с отвращением ощутив солоноватый вкус.

Скругленные переборки были горячими, он старался к ним не прикасаться после того, как обжег предплечье. Но выбора не было – нужно найти утечку. Тин вытянул руку, провел пальцами по металлической поверхности. Кожа зашипела, он отпрыгнул назад и выронил фонарь. Тот с громким стуком ударился о пол, его луч потускнел.

– Только не это! – прошептал Тин, упал на колени, схватил фонарь, а когда свет стал еще слабее, ударил ладонью по тыльному концу фонаря, провел слабеющим лучом по переборке, посветил наверх.

– Давай, – сказал он, – ну, где же ты?

Его голос замер одновременно с последним проблеском фонаря. На Тина навалилась темнота, вместе с ней пришла волна страха. Он почувствовал ту же беспомощность, которая охватила его, когда погиб отец. Он был один и напуган. Но что еще хуже, он подвел «Улей».

Вокруг сомкнулась удушливая темнота. Даже с включенным прибором ночного видения Икс чувствовал, что задыхается. Он смотрел на проносившиеся над землей снежные вихри. Дайверы сопротивлялись бешеному напору ветра.