Адвокат чародейки

И – что явилось неизбежным следствием подобного состояния – проиграл судебный процесс. Неудача в суде совершенно его доконала, и он решил на некоторое время отойти от дел. Состояние его позволяло ему такую возможность. Надо поразмыслить, прийти в себя. Сергей надеялся, что Матильда не вытерпит и все-таки признается ему в своем пособничестве новому исчезновению Розалии. Но хитрая плутовка молчала, торжествуя победу. Ведь она так ловко избавилась от соперницы, выступив ее защитником и другом; притом Матильда свято верила, что она спасла Сергея от крупной неприятности. И это обстоятельство Желтовский прекрасно осознавал. Казалось, он бы должен радоваться и благодарить Матильду за то, как она ловко все устроила – вывела его из-под удара судьбы, освободила от бремени непосильной помощи горбунье. Несчастная вновь исчезла, значит, отпала и надобность ей помогать, жертвовать ради нее своей репутацией и его отношениями с Матильдой. Однако победа Бархатовой оказалась преждевременной. Однажды, когда уже вовсю зарядили дожди, под ногами захлюпали лужи и задул холодный осенний ветер, адвокат Желтовский после долгого размышления пришел к выводу о необходимости срочной поездки в Крым. Он устал, ему надо отдохнуть и подлечиться. Что же с того, что лето уже прошло? Это в Петербурге оно прошло, а в Крыму еще тепло, светит солнце. Да к тому же к делу, которое он задумал, особенности климата не имели ровным счетом никакого отношения.

Он сам купил себе билет в кассе вокзала и, пребывая в задумчивости, двинулся к Матильде, размышляя, как сообщить ей эту новость. Погруженный в свои мысли, он не заметил, как со скамьи поднялся какой-то человек и двинулся следом за ним. Второй, неброского вида тип, стоял неподалеку и наверняка слышал весь разговор Желтовского с кассиром. Во всяком случае, он тоже куда-то торопливо направился, едва лишь адвокат покинул здание вокзала.

Глава 32

Визит полицейского следователя чрезвычайно возбудил Ефрема Нестеровича. Что-то непонятное было в этом посещении, осталась какая-то недосказанность. Или это его больная голова уже ни черта не соображает, мешает понять, что тут к чему? Полковник мучился до тех пор, пока из церкви не воротились жена и дочь. Услыхав их голоса, он резко дернул шнурок колокольчика. Полина Карповна, а вслед за ней и Зина вбежали в комнату больного.

– Что ты, Ефрем Нестерович, шумишь? Чего тебе надобно, голубчик? – Жена с улыбкой двинулась было к кровати супруга, да так и застыла, словно пригвожденная к полу его яростным взглядом.

– Полицейский приходил, – полковник не сводил с жены глаз и, увидев, что она взволновалась, прямо в лоб спросил: – Анатоль где? Отчего его так долго нет?

Полина Карповна отшатнулась, и ужас отразился на ее лице.