Адвокат чародейки

Внизу извивалась едва различимая дорога, и маленькими черными точками казались пасущиеся в траве коровы. День это был или ночь? На небе не было ни солнца, ни луны. Сиял призрачный свет, и в нем отчетливо виднелась изящная стройная фигурка, медленно таявшая в небе. А по долине ползла тень, как от большого облака, – фигурная, перистая. Точно тень от крыла непомерно огромной совы.

– Проснитесь, Сергей Вацлавович! Проснитесь! – Сердюков тряс адвоката за плечо. – Вы так страшно кричали во сне! Вот, чайку остывшего хлебните!

После утомительного пути и всех этих переживаний жалкий номер в гостинице Евпатории показался Сергею сущим раем. Он не замечал того, что раньше оскорбляло его взор и слух. Неопрятность горничной, скрип старой кровати, трещина в кувшине для умывания, мутная вода. У него не осталось сил сердиться по пустякам, безразличие и тоска обступили его со всех сторон. Теплилась слабая надежда, что, быть может, Лия объявится в доме своей тетки, но – увы. Специальные агенты, расставленные предварительно Сердюковым, разочаровали его своими донесениями.

Сергей вышел из гостиницы и направился к морю, надеясь, что свежий бриз развеет его тоску. Прошедший ночью шторм разметал плети водорослей на берегу. Песок был влажным и сразу же облепил его башмаки. Взъерошенный ветром баклан клевал оставленный кем-то на берегу недоеденный арбуз. Другой лениво парил над водой, но его сносили порывы ветра. Уходившая гроза темным пятном еще стояла над горизонтом, а вода приобрела изумрудно-зеленый цвет. Сергей долго стоял, вдыхая запах моря, подставив лицо ветру. А тот безжалостно трепал его светлые волосы, но, увы, унести беспросветную печаль Сергея так и не смог. Побродив по берегу, Сергей направился в ресторан «Дюльбер» на набережной. Он нарочно заставил себя окунуться в нарядную веселую толпу посетителей ресторана, надеясь, что суета праздного отдыха других людей хоть немного его отвлечет. Официант принес ему жареного пеленгаса – местную жирную рыбу, и бутылку красного крымского муската. Сергей большими глотками пил тягучее терпкое вино, но оно не пьянило его, а только разливалось теплыми волнами по уставшему телу. Досидевши до темноты на открытой террасе ресторана, он расплатился и вышел. Ноги сами понесли его в сторону дома Лии и ее тетки. Долго стоял он у наглухо запертой двери, не решаясь постучать и прислушиваясь к звукам в доме. В этот миг он молился всем богам, поминая и караимского Тенри, чтобы они сжалились над ним и явили чудо – явили его Розу или Лию, неважно, – его непостижимую возлюбленную! В наступившей очень скоро тьме вдруг снова раздался странный мелодичный звон, послышалась тихая музыка.