Афганский рубеж (СИ)

Тут как бы и голову можно потерять, если оценивать силище комдива.

— Вы, мужики, мыслите очень нестандартно. Сейчас нам нужно знать ваше видение, насколько возможно высадить десант в этой местности.

— Не проще ли всё там сровнять с землёй? — предложил Батыров, но я его толкнул в плечо, чтоб он так больше не умничал.

— Не позорься, академик. На местность глянь. Там сплошные ущелья и горы. И кишлаки вокруг с детьми, женщинами и стариками. Ещё есть мысли? Может уши оторвать? — сказал ему Кувалдин.

Командир дивизии прав. Самолёты могут бомбить сколько угодно, но горы они не обрушат.

Наведение и прицеливание в этой местности с большой высоты очень сложное. Точность будет слишком маленькой.

— Тут нужен десант с тремя зонами высадки. Одна из которых будет в непосредственной близости от огневых точек главного объекта, — предложил я и указал на карте предполагаемые места, где можно приземляться.

— С запада и востока. А с Севера не получится? — спросил Кувалдин.

Енотаев посмотрел на меня. Всем видом он показывал, что понял, о чём я хочу сказать. В северной части этой базы была горная гряда, отделяющая само расположение духов от небольшой долины.

В той местности находилось несколько кишлаков, с которых вполне могут прийти к душманам подкрепления.

— Здесь слишком высокие горы. Сесть у нас получится и взлететь тоже, но вам сложно будет спускаться вниз. Тут одни скалы, — заметил Батыров.

— Мой командир верно говорит. Наше предложение — высадить вас непосредственно рядом с базой. Тут низина и высохшее русло реки. Есть где примоститься.

Кувалдин посмотрел на Сопина и был недоволен этой идеей.

— Вы предлагаете разведчикам бежать в гору? Под огнём из ДШК и пулемётов.

Вас там самих положат, — возмутился комдив.

— Валерий Иванович, а я другого варианта не вижу. Через горную гряду мы незаметно не пройдём. Нас увидят с кишлаков. Ещё и в спину получим удар, — объяснил Сопин.

— А если высадить вас на горный склон и вы будете прыгать по скалам, вас эти же пулемёты и расстреляют. Будет как в тире, — добавил Енотаев и Сопин согласился с ним.

Командир дивизии сомневался в подобном манёвре. Пока ещё мне было непонятно, кто именно проводит эту операцию. Не вижу здесь генералов или полковников из командования 40й армии.

А ведь эта база, очень важный объект.

— Готовимся, товарищи. Зам командующего улетел в Анаву. Так что и я туда полечу, чтобы довести наши предложения. Ефим Петрович, есть лишний вертолёт? — спросил командир дивизии.

— Для вас, всегда найдётся, — ответил Енотаев, подошёл к телефону и начал звонить на аэродром, чтобы готовили вертолёт.

Дверь кабинета открылась, и в помещение молча вошёл тот самый майор Турин. Форма отглажена, туфли начищены, а сам он улыбается так, будто жевательную резинку рекламирует.