Сбежать от Питбуля и Булочки

Сердце ворочается в груди, пульс ускоряется. Едва касаясь, глажу мягкий бархат ладони.

Мне много чего хочется. Но, больше очевидного, хочется обнять её и уютно, спокойно поспать под этим пуховым одеялом. Словно мы — целое. Такие вот эротические фантазии у Питбулей.

Не только такие, конечно. Но есть навязчивые. Которые хрен с кем реализуешь.

Закрываю глаза. И моё тело во сне решает воплотить эту блажь. Ощущаю теплоту и хрупкость её тела. И будоражащий тонкий запах.

Кайф…

Запах, вкус тела — это теперь из разряда фетишей. Это отчасти заменило прикосновения. И

её запах — вставляет!

Спи теперь, Касьянов.

Легко сказать…

Дыхание ускоряется, губами чувствую мягкое ушко. Рефлекторно сжимаю её крепче, впечатывая в себя чувствительнее. И в какой-то момент понимаю, что… не хочу тормозить себя. Хочу вот так спонтанно взять её сонную. И только от мысли, что могу, меня окатывает оглушающей волной тестостерона. Сжимаю губами дужку ушка, чувствуя, как выгибается с тихим стоном и вертится в моих руках. Чуть ниже ушка, в шею впиваюсь губами, веду по коже языком. Вкус — ""моё""!

Давление подскакивает, выстреливая фейерверками под черепной коробкой.

Девчонка сонно мурлыкает…

Ничего больше не соображая, распинаю под собой лицом вниз. И впиваюсь ласково зубами в шею, под линией волос.

Взвизгнув, выкручивается, отлетая от меня подальше. Сдернув с тумбочки электронные часы с угрозой замахивается. Глазищи горят! Ноздри агрессивно подрагивают.

— Тихо! — раскрываю ладони.

Разбудил фурию?

— Я что-то неприятное сделал? — дёргаю бровью.

— Вы же сказали — ""не интересуешь""! — зло. — Как там? Как женщина!

— Ну какая ты женщина? — ухмыляюсь.

Девчонка…

— Отдай их, — забираю часы из руки.

Ставлю обратно на тумбочку.

— Я Вам не проститутка! — задыхается обиженно, спрыгивая с кровати.

Ой, идиот ты, Касьянов. Ляпнул тоже…

— Да я не это…

Прихватив халат, выбегает из комнаты.

— Ася!

Обиделась она, а хреново мне. Не вдохновляющий симптом…

Ну а чего обиделась то? Нет, так нет. Делов-то…

Выхожу за ней следом.

Как положено, приземлилась ""под ёлку"" к камину, подарком для Ариши. Правда елки больше нет. Но Дед Мороз со Снегурочкой стоят на месте.

— Чай пойдём пить, недотрога.

Не поворачивается, глядя в потухший камин.

Прохожу мимо неё на кухню. Щелкаю чайник.

Всё-таки ты, Касьянов, идиот. Девочка после попытки износа. Ты лезешь к ней… Хорошо, не врезала тебе этими часами.

Да отключило меня просто сонного! Рефлексы… Нехрен пахнуть так сладенько и задницей мне в пах упираться. Я же не монах.

Наливаю по кружке чая.

— Ася, иди сюда.

Выглядываю. Одевается в коридоре в свои вещи. Застегивает сапоги.

— И что это? — в недоумении развожу руками.

— Всё. Пусть меня забирают. Вызывайте кого там положено.