Сбежать от Питбуля и Булочки

Ставит её на ноги, что-то эмоционально втирает. Ася смущённо улыбается ему…

""А с хрена ли ты ему улыбаешься?"" — перекрывает меня.

Иду в их сторону.

Касьянов! Стоп! Ты же кретин ревнивый! Стоп. Она не жена тебе, не женщина… Досчитай до ста. Или как там было?

Но глядя на эту картину, я забываю все цифры. Да и вообще! Пусть и не жена. Но она — больше!

Подхожу сзади к Асе, глядя в глаза этому пацану. Потому что пацан. Еще и нетрезвый. И сворачивать ему шею нельзя. Мелкий. Но хочется!

Встречаясь со мной взглядом, пацан тормозит на полуслове.

— Вечер-р-р добрый! — оскаливаюсь я.

Подскакивая, Ася оборачивается, врезаясь в меня плечом.

— А это кто, Ась? — кивает на меня пацан ревностно.

Ревностно?? Совсем страх потерял?!

— Ааа… — открывает рот Синичка, беспомощно глядя мне в глаза.

Ну? Какие будут версии? Строго смотрю на неё в ответ.

— Кто я? — дёргаю бровью. — Тут парнишка без рук интересуется.

— Почему без рук? — шепчет Ася.

— Потому что оторву сейчас нахрен! — цежу я, зло улыбаясь.

— Лёша, ты иди… — выдыхает Синичка поперхнувшись.

— Иди, иди, ""Лёша""! — недобро повторяю ему я.

— Ну вот чего Вы такой?… — психует Синичка, как только пацан сваливает.

— Какой?

— Недобрый!

— ""Ударился добрый молодец о землю русскую и стал недобрым""! — развожу я руками.

— Пистолетом бы ещё помахали!

— Много чести — пистолетом на шпану махать.

— Да что Вы злитесь-то?! Мне и поговорить ни с кем нельзя?

— Можно! Поговорить.

Сверлим друг друга взглядами.

— Мне ты можешь поулыбаться, м?! Или только мальчикам-зайчикам? — вскипаю я.

— Могу… — хлопает ресницами.

— Ну-у-у?!

— А Ариша где? — оглядывается Ася.

Оборачиваюсь. Ариши нет… Ни среди скатившихся, ни на горке.

— Класс… Нянька из тебя супер! — вырывается у меня гневно.

— Что?! — оскорбленно. — Тогда и из Вас отец так себе! — выстреливает она.

Обидно… И очень хочется объяснить сейчас ей, что нахрен — это туда, следом за «Лешей».

— Знаешь что, Ася?…

**********************************************

Засовываю свой язык поглубже. Потому что год концентрированного отцовства мне показал, что хороший отец, это не только хороший отец по факту своих отцовских… но и отец, с ребёнком которого всё хорошо. А с моим не очень. У него мамы нет.

И вот передо мной шанс. Сомнительный, но шанс. И я могу быть собой и слать на хрен. Но цена этому?

— Будь здесь, — с усилием меняю адрес её отправки.

Это нелегко до сколотых друг о друга зубов. Но взрослый стоматолог это сильно лучше, чем детский психолог. Поэтому, я схаваю ""плохого отца""!

Отворачиваюсь, оглядывая площадь. Синичкина здесь не причём, это я отвлёкся. Но сейчас это всё не важно.

— Арина! — рявкаю, поворачиваясь вокруг своей оси.

Торопясь обхожу горку, расталкивая людей. Телефон трезвонит.

— Да! — не глядя отвечаю.

— Привет, Богдан.