Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 29

Павлинари — гвардейцы Павлинарха — держатся в отдалении. Эти парни здесь не для охоты, а для безопасности своего короля. А вот свита Герпеса, куда входят Ламан и Нитол, в охоте как раз принимает участие. Ламан то и дело отъезжает далеко в сторону, будто бы прочёсывает лес. Я не спускаю с него ментального наблюдения. Ламан — неслабый телепат. И он точно не просто слуга. Наверняка, и роль в охоте у него особая.

Позади меня едут Айра и Ледзор. Змейка держится отдельно. Хищница почти не появляется на тропе, предпочитая передвигаться по лесу на своих двоих, бесшумной тенью между деревьями.

На виду её почти не застать, но я и так ощущаю её присутствие в радиусе мысленной связи, который, кстати, благодаря мидасию безграничный.

Герпес поворачивается и говорит небрежно:

— Как хорошо, что мы, трое сильнейших монархов Боевого материка, охотимся вместе. Редкое событие. Оно может войти в историю как яркий прецедент!

Я замечаю:

— Вы вроде бы ещё принц?

Герпес морщится, скрипнув зубами, и с нажимом бросает:

— Это ненадолго.

— Неужели? — удивляюсь. — Что-то случилось с вашим отцом?

— Да всё с ним в порядке! — разозлился принц от того, что взболтнул лишнего.

— Лучше скажите, король Данила, у вас была причина убивать патрульных Вульфонгии?

Лучшая защита — это нападение? Да только принц явно не к месту стал наезжать, ведь он только что пытался быть вежливым, даже на охоту позвал.

— Мои люди подтвердят, принц, — заступается за меня Павлинарх. — Что ваши патрульные напали на короля Данилу на моей же земле.

— Эмммм… — Герпес растерялся. Двое на одного, выходит.

В этот момент его связь-артефакт едва слышно вибрирует.

Герпес достаёт камень, скользит пальцем по граням, активируя. Раздаётся громкий голос Ламана:

— Сейчас гоним на вас золотого оленя. Готовьтесь, Ваше Величество.

И действительно, из чащи выпрыгивает золотой олень. Его шкура сверкает на солнце. Он несётся, легко перепрыгивая через коряги и поваленные деревья, с быстротой, которая сделала бы честь и спринтеру.

Я тут же толкаю шестилапку пятками, она рвётся вперёд. Справа Герпес и Павлинарх — их звери тоже бросаются в погоню. Мы несёмся по лесу, пригибаясь, чтобы не зацепиться лбами за ветви.

Герпес вскидывает громобой, сверкают молнии, да всё куда-то мимо. Стреляет он неважно, конечно. Павлинарх швыряется воздушными техниками, но олень словно скользит между атаками — ни одна не достигает цели. А я воздерживаюсь от выстрелов. Почему? Да как-то жалко убивать такого красавца.

Наша свита, кстати, тоже воздерживается от атак — им не положено вмешиваться. Подстрелить золотого оленя — привилегия королей.

Олень пропадает в листве.

— Ушёл! — ругается Павлинарх.