Ахиллесова спина

Как говорится, погостил, пора и честь знать."

"– Не поверишь, как быстро это случится, – прозвучало мне вслед.

Почему же, поверил сразу. Раны заживают, а кости срастаются нереально быстро, когда у человека появляется цель. У парня теперь она есть – это я. Очень скоро он встанет на ноги и обязательно постарается меня достать.

Глава 12

Япона мать

Выпрыгнул из автобуса в центре города, и ноги сами понесли меня куда-то. Народу на улицах в это время если и меньше, чем днем, то не намного. На смену людям, ушедшим отсыпаться перед рабочим днем, под свет фонарей и неоновых вывесок повылезали любители ночной жизни.

Как ни странно это звучит, но в толпе я умею оставаться один. Конечно, и подобраться ко мне в случае чего легче, но это не так уж и важно. Если кто захочет, все равно подойдет. Как два дня назад в холле гостиницы.

Я шел по щедро освещенным улочкам старого центра, один из очень многих и в то же время сам по себе. Я в очередной раз проверился и с радостью убедился, что, судя по всему, никому на этом празднике жизни на фиг не нужен.

Народ вокруг меня со вкусом, творчески, как умеют только настоящие бездельники, отдыхал душой и телом.

Люди пили, танцевали, просто тусовались. Секс-туристы и озабоченные самцы из числа местных жителей высматривали шлюх, достойных себя. Те, в свою очередь, рыскали в поисках денежных клиентов. Крепкие молодые люди передвигались обособленными группками. Они целеустремленно искали приключений на собственные мускулистые задницы.

Словом, кругом текла бурная жизнь, и опять мимо моей персоны. Но это совершенно не огорчало меня.

Беда состояла в другом. Не стоило долго, как говорят на флоте, морщить репу, чтобы уразуметь: операция еще толком не началась и уже оказалась под угрозой срыва.

В нашей работе случается всякое, но мне давненько не доводилось оказываться в такой глубокой заднице. Группы больше нет, теперь я один на льдине. Посреди тропиков. Свободный в выборе дальнейших действий точно так же, как стрела в полете.

Центр в послании так и указал. Поступайте, дескать, Скоморох, как сочтете нужным. В данном конкретном случае мы не вправе вам приказывать. Никто вас не осудит, конечно же, но…

Все это в переводе с бюрократического языка на общечеловеческий означало, что задание по-прежнему в силе.

Вот только выполнять его мне придется в гордом одиночестве. На помощь резидентур, как посольской, так и нелегальной, особо рассчитывать не придется.

Об этом мне тоже намекнули. Дескать, обе они в самое ближайшее время будут по горло загружены, и нечего их отвлекать. Так что крутись, Стас, как рыба карась на сковородке. Ждем с докладом, если, конечно, останешься живой. Очень на тебя надеемся.