Далекие странники (перевод новеллы)

Адепты Цаншань и Хуашань издавна поддерживали братские отношения, поэтому Хуан Даожэнь помогал бездарным отцу и сыну — исключительно по доброте душевной. Жёлтому Даосу нравилось выставлять себя благородным человеком, ценящим дружеские узы, он даже немного жалел Юй Цюфэна. И уж конечно никак не мог сбежать с поля боя на глазах у изнеженного приятеля.

Обведя воинственным взглядом толпу сторонников, Хуан Даожэнь мысленно успокоил себя: «Нас много. Даже если каждый наступит на этого проходимца по разу, от него мокрого места не останется!».

— Нечего любезничать с кем попало! Поймаем его, допросим, тогда и поговорим! — гаркнул Жёлтый Даос, храбрясь на публику.

Его крик взорвался петардой прямо над ухом Юй Цюфэна. Тот поморщился от резкого звука, чинно кивнул и рассеянно обмахнулся веером с изображением великолепного пейзажа.

Юй Цюфэна, в свою очередь, удручала необходимость выступать одним фронтом с таким грубияном, как Хуан Даожэнь. Жёлтый Даос и внешне был неказист, и вёл себя, как неотёсанный босяк. По мнению утончённого главы ордена Хуашань, даже мясник, рубящий свинину на рынке, обладал большим изяществом, чем Хуан Даожэнь.

Вдобавок, скудоумный глава ордена Цаншань считал себя пупом земли и из кожи вон лез, лишь бы попасть в центр внимания. Например, вопил так, что в деревне за десять ли отсюда горшки падали с полок."

"Юй Цюфэн смотрел на Чжоу Цзышу с застывшей улыбкой, делая вид, что не знаком с Хуан Даожэнем. Когда бы ни ослабление школы Хуашань, ни сложности с поиском союзников, разве стал бы он якшаться с вульгарным главой Цаншань? Если этот жёлтый дурак готов взять на себя ответственность, Юй Цюфэн милостиво уступит ему дорогу! Поскольку боевые умения дерзкого незнакомца могли неприятно удивить, а ученик Древнего Монаха ещё не обозначил свою позицию, Юй Цюфэн счел за благо прощупать почву руками Хуан Даожэня.

И вот тут случилась досадная заминка. Издав боевой клич, Хуан Даожэнь решил, что сделал достаточно, и дальше Юй Цюфэн справится без него — поведёт всех в бой, чтобы смести с дороги врагов. Жёлтый Даос не спешил мараться лично и с удовольствием понаблюдал бы за расправой со стороны. Но Юй Цюфэн продолжал молча обмахиваться веером, ожидая, что именно Хуан Даожэнь возглавит атаку.

Ничего не понимающая толпа застыла в недоумении, никто и не подумал двинуться с места.

В заполненном десятками людей узком переулке воцарилась мертвая тишина.

За всю жизнь Вэнь Кэсин не видел более нелепого зрелища. Смеяться, когда весело, плакать, когда грустно, или хулиганить просто потому, что напало вдохновение — Вэнь Кэсин всегда решал сам, чего ему больше хочется. Приличия и уместность не имели значения.