Акция прикрытия

– Что надо? – не тратя времени на дипломатические изыски, спросил Циклоп."

"«Итальянец по происхождению, американский гражданин по паспорту, тридцать три года, десять лет службы в военно-морских силах США, специальность – подводные взрывные работы, – словно на мониторе компьютера высветились в памяти Христофора анкетные данные собеседника. – Привлекался к выполнению специальных заданий ЦРУ...» – Что надо? – недружелюбно повторил специалист по глубоководным взрывам и оглянулся. Он бы до сих пор продолжал служить во флоте, но в девяносто первом году «Коза ностра» попыталась привлечь земляка к транспортировке наркотиков.

Циклоп отказался и должен был умереть, но не захотел, поэтому умерли два человека из Синдиката, а он бежал из страны и укрылся в Греции, ежедневно и ежечасно ожидая приветствия на родном языке, за которым последует выстрел в лицо. Организация не прощает пролитой крови своих членов и никогда не перестает искать отступников.

– Хочу предложить работу, Джузеппе, – миролюбиво сказал Христофор. – Очень хорошо оплачиваемую работу.

Хотя Циклоп и входил в агентурную сеть островной резидентуры ЦРУ в Греции, он крайне неохотно выполнял задания, почти всегда связанные с возможностью «засветиться».

Но полностью разрывать отношения с «Фирмой» опасался, ибо это резко повышало вероятность услышать роковое приветствие. Григориадис знал, что он хочет скопить денег и обрубить все концы к прошлой жизни, скрывшись не только от убийц «Коза ностры», но и от правительственной разведки.

– Ты получишь крупную сумму, а главное, тебя никто не увидит... – продолжал Христофор. – Потому что работать придется под водой...

Каменное лицо не дрогнуло.

Хозяин поставил на стол блюдо с аппетитно пахнущими мидиями и бутылку вина. Циклоп жадно выпил первый стакан.

– Ладно, рассказывай, – буркнул он. Практически это означало согласие.

В то время как Джентльмен излагал Циклопу суть дела, генерал Верлинов проводил оперативный поиск. Он дождался подходящего момента: воспользовавшись отсутствием хозяина, обслуга отмечала день рождения Ореста. Сидя на веранде, Верлинов слушал, как внизу на кухне звенели бутылки, звучали Тосты, потом голоса сделались громче, а речи бессвязнее, затем начались песни.

..

«Пора», – решил он и осторожно вышел из дома. Темный спортивный костюм, в котором он обычно совершал пробежки, идеально подходил для предстоящей операции, черную вязаную шапочку можно было в случае необходимости натянуть на лицо: в нижнем, подвернутом крае он прорезал отверстия для глаз. Побежав, как всегда, по знакомым тропинкам, Верлинов достал из тайника нож, веревку, фонарь и отмычки, после чего изменил маршрут и крадучись вернулся к причалу.

На берегу стоял большой, сложенный из белого камня сарай.