Акция прикрытия

Многие старики в душе одобряли решение Магомета, хотя вслух высказывать мнение, противоречащее принятой на себя миссии, естественно, не могли. Зато все отмечали, что мальчик держался достойно, как настоящий мужчина. И склонялись к мысли, что лет через десять-пятнадцать, когда Эявер выйдет из тюрьмы, он исполнит долг мести. Никто не мог подумать, что месть будет свершена значительно раньше.

Суд над Энвером Пашаевым начался через четыре месяца. Незадолго до этого Магомет сломал правую руку. Как произошло несчастье, никто не видел, просто мальчик появился на улице в гипсе, рассказав сверстникам, что упал с сарая.

На самом деле он ниоткуда не падал и кость была цела, а гипсовую культю изготовил дядя Иса. Обмотал бинтом полено, промазал гипсом, когда чуть схватилось, аккуратно снял и высушил. Получилась труба. С одного конца дядя замотал ее бинтом, с другого Магомет просовывал руку. В трубе руке было просторно и оставалось место для пистолета. Пистолет тоже принес дядя Иса.

– «ТТ», – объяснил он. – Рельс пробивает. Направляй в грудь или живот и нажимай сколько успеешь. В голову не надо – не попадешь, И не бойся, судить только с четырнадцати лет могут, а тебе ничего не будет.

Магомет и не боялся. За отца надо мстить, а кто это сделает, кроме старшего сына? И мать, и дядья, и все родственники его одобряют и поддерживают, соседи и знакомые тоже одобрят, пацаны-сверстники завидовать станут...

Он старательно тренировался дома перед зеркалом: освобождал висящую на перевязи руку в гипсовой трубе и быстро разворачивал в сторону воображаемого Пашаева. Потом дядя Иса вывез его в лес, чтобы научить стрельбе.

– Давай в это дерево.

После первого я на тебя кинусь. Успей хотя бы три раза...

Магомет очень старался, но произошло непредвиденное. после первого выстрела пистолет отказал, и дядя Иса, изображающий солдата конвоя, легко его обезоружил. Оказалось, что в гипсовой трубе нет места для вылета гильз, поэтому затвор заклинило. А единственная выпущенная пуля в цель не попала.

– Так не пойдет. – Дядя был очень обескуражен. – Надо что-то думать...

Иса думал два дня, а на третий принес видавший виды, со стертым воронением наган.

– Он гильзы не выбрасывает, и движущихся частей нет – потому надежней.

.. Только курок тяжелый. Ну-ка попробуй – хватит силы?

Рука у Магомета была сильной, четыре раза он щелкнул курком довольно легко.

– Годится, – одобрил дядя. – Теперь попробуем по-настоящему.

На этот раз стрельба шла без задержек, Магомет успел пальнуть дважды, а когда Иса предварительно взвел курок, то даже трижды, при этом две пули попали в дерево.

– Нормально, – заключил Иса. – Старайся ближе к сердцу. Револьвер, скажешь, нашел."

"Суд шел три дня.