Акция прикрытия

Заинтересованным лицам все должно быть ясно, а пример предателя — хорошее устрашение всем остальным.

* * *Генерал КГБ Берлинов всегда тщательно проверял возникшие подозрения. Джеймс Роберт Кордэйл действовал так же. Во время утренней пробежки он споткнулся и обхватил руками Артемия — одного из слуг Христофора, здоровенного парня с вытатуированным якорем на загорелом предплечье, который всегда бродил вокруг усадьбы снаружи, явно контролируя внешний периметр. Под просторной белой рубахой, на поясе, у него оказался пистолет. Хотя Гурий и самый молодой из слуг Никон не носили оружия, а угрюмый, с каменными скулами Орест не давал возможности ощупать себя, Верлинов убедился, что вилла находится под хорошо организованной охраной.

Впрочем, ему никто не мешал спускаться к морю когда вздумается, он часами бродил по пустынному обрывистому берегу, не фиксируя за собой наблюдения, беспрепятственно обследовал весь остров, размеры которого — двенадцать на шестнадцать километров — вызывали у привычного к московским масштабам человека снисходительную улыбку.

Зато здесь имелись асфальтированные дороги, состоянию которых мог позавидовать московский автолюбитель."

"Одевшись в джинсовый костюм, клетчатую ковбойку, кепку с длинным козырьком, повесив на шею фотоаппарат и закрыв пол-лица темными очками, Верлинов останавливался на обочине и вытягивал перед собой руку, сжатую в кулак с торчащим вверх большим пальцем, — международным жестом автостопа. Машин на острове было немного, в основном старые джипы и «лендроверы», удобные для сельских жителей, первая же обычно тормозила перед американским туристом стандартно-незапоминающейся внешности.

Приходилось ездить и в повозках, запряженных трудолюбивым осликом и груженных дурманяще пахнущими кубами прессованной соломы, корзинами с оливками, бочонками с вином или оливковым маслом. Островитяне были доброжелательны и приветливы, имеющий способности к языкам Верлинов за несколько месяцев освоил греческий настолько, что вполне удовлетворительно объяснялся с ними. Его удивляло, что подвозившие случайного попутчика люди никогда не брали за это денег и даже обижались, увидев протянутые монеты.

Так он осмотрел все восемь поселков Миконоса: ел жареных мидий с белым вином в Орносе, пил узо под свежекопченую ставриду в Тоурло, валялся на пустынном, усеянном острыми камешками пляже в Калафати… Никто не вел одинокого туриста, не подставлял своих людей, не проявлял назойливости, не фотографировал достопримечательности природы, случайно оказавшиеся на одной с ним линии.