Акция прикрытия

Умеешь только языком болтать да тень на плетень наводить! Заряд обезвредит сам Верлинов, которого ты со своими жуликами записал в покойники!

Начальник СБП отключился. Дронов вытер вспотевший лоб, нажал клавишу селектора.

— Лейтенанта Скороходова ко мне!

Через десять минут несколько встревоженный неожиданным вызовом Скороходов вошел в кабинет.

— Вы можете показать место установки взрывного устройства в спецтуннеле? — в лоб спросил полковник.

— Никак нет! — четко ответил лейтенант. — Не могу знать, о чем вы говорите!

Дронов ударил кулаком по столу.

— Ты мне ваньку не валяй! Сейчас вкатим тебе пять кубиков скополамина и запоешь во все горло!

— Я никого не валяю, товарищ полковник, — с нескрываемой враждебностью ответил лейтенант. — И петь я не умею. А «сыворотка правды» запрещена законом — так нас учили в академии. За ее применение отдают под трибунал.

— Пошел вон! — страшным голосом сказал Дронов. Он долго сидел неподвижно, чувствуя себя так, будто из него вынули все кости. Потом по селектору вызвал начальника группы кадров.

— Подготовить документы на увольнение Скороходова. Нарушение субординации, сокрытие сведений государственной важности, неподчинение начальнику. И эту машинистку, Попову, — тоже.

— А ее за что? — поинтересовался кадровик.

— Отставить субординацию и важные сведения! Обоих — за аморальное поведение в служебное время! Они пьют и трахаются прямо в кабинете. О подробностях спросите Кирея.

После этого Дронов по дальней связи вызвал капитан-лейтенанта Чижика.

— Помнишь наш разговор, сопляк?! Думаешь, перешел во флот и старые грехи спишутся сами собой? Нет, дружок! Верлинов скоро прибудет в Россию.

А ты пойдешь под трибунал, как я и обещал. Готовься лет десять просидеть на нарах!

Дронов не подозревал, что последствия двух этих разговоров выйдут далеко за пределы его намерений. Настолько далеко, что он даже не мог предположить.

* * *В обыденной жизни Ильяс Бузуртанов являлся генеральным директором торгово-закупочной фирмы «Рассвет». Несмотря на небольшой годовой оборот и скромные доходы, фирма занимала шикарный офис со всеми атрибутами престижности нового времени: дорогой мебелью, красавицей-секретаршей, телекамерами у входа и «накачанными» охранниками.

В последние дни количество охранников удвоилось, они патрулировали весь квартал, проверяли остановившиеся машины и подозрительных людей, стерегли здание с тыльной стороны. Прием посетителей был сокращен до предела.

Развалившись в тысячедолларовом кресле, Бузуртанов положил ноги на полированный стол и курил сигару.