Акция прикрытия

 — Еремеев глубоко вдохнул просоленный свежий воздух и принялся ставить парус.

— Надолго ли? — ни к кому не обращаясь, спросил Кисляков.

Но на этот вопрос никто не мог ответить.

* * *В вентиляционной шахте было темно, из прямоугольного провала в полу ощутимо тянуло сыростью. Марина поежилась.

— Там лестница, сейчас я посвечу, — сказал Ильяс. Тут же раздался тяжелый удар захлопнувшейся двери и короткий лязг запирающего механизма. Девушка вздрогнула. Если им сейчас уходить, то зачем запирать дверь?

— Спускайся. — Голос Ильяса оставался совершенно спокойным. Луч фонаря высветил уходящие вниз железные ступени.

Марина замешкалась, охваченная тревожными предчувствиями. Их с Василием хитрость состояла в том, что они разделяются — она уносит деньги и дожидается живого и здорового жениха, а в случае чего поднимает шум. Теперь же они оба под контролем Бузуртанова и его друзей. Случайность ли это? Или контрхитрость?

— А где Василий? — спросила она, стараясь не выказать волнения.

— Там, внизу, сейчас сама увидишь. — Ильяс коснулся напряженной спины — то ли погладил, то ли подтолкнул.

Сапоги на высоких «шпильках» не самая подходящая обувь для крутой лестницы, все внимание Поповой сосредоточилось на том, чтобы не упасть.

Перемежаясь узкими площадками, марши меняли направление, пучок света прыгал по замыкающим пространство бетонным плитам. Все это напоминало пешеходную лестницу высотного здания. И спускались они с этажа эдак восьмого.

Наконец «шпильки» коснулись ровного бетонного пола, и Марина почувствовала себя увереннее. Но ненадолго. Четыре плохо различимые в сумраке фигуры направили на нее [фонари, освещая волосы, лицо, ноги… Пятна света, словно липкие пальцы, бегали по телу, будто стараясь заглянуть под одежду.

— Хорошую бабу привел! — За гортанным возгласом последовал одобрительный гогот четырех глоток.

Ильяс угрожающе крикнул что-то непонятное, и гогот смолк. Фонари развернулись и, уперевшись в бетонные плиты пола, двинулись по идущему под уклон туннелю.

— Где Вася? — севшим голосом тихо спросила девушка.

— Там, впереди. — Ильяс обнял ее за плечи, увлекая вперед. — С ним все в порядке. Просто наш старший хочет, чтобы ты рассказала ему про эту бомбу подробней.

— Я же тебе уже рассказывала!

— Он хочет сам разобраться.

Ведь отсюда до Кремля далеко, да? Как же тогда достанет? Может, еще что-то спросит. Тебе же не трудно ответить!

Объяснение было правдоподобным, но Марина в него не поверила. Впрочем, деваться было некуда. Она молчала, и Бузуртанов шел молча. От него исходило тяжелое биополе. Видно, и мысли были недобрыми.

Ильяса действительно обременяли тяжелые раздумья. Ему не нравилось то, что должно было произойти. Во-первых, он обещал девчонке, что все будет нормально.