Александра. Большая игра. (книга вторая)
Порфирородная Цесаревна Трапезунда, Византии и Рима, Порфирогенита Александра. Королева Ливонии и Великая Княгиня Московская. Из старинной имперской династии Комниных Великих. Потомок легендарных Нибелунгов. Возлюбленная супруга Великого Князя Московского Василия Третьего. Мать наследника Московского престола. В прошлой жизни, студентка военно-медицинской академии Вознесенская Александра Вячеславовна, она же член сборной России олимпийского резерва по стрельбе из лука. Попав в начало 16 века неведомым путем она и её подруга Елена начали ломать историю, выстраивать её под себя, где-то мягко, а где-то жёстко, даже кроваво. Александра начала большую европейскую игру. И в этой игре ставка больше, чем жизнь.
'Кабы я была царица, — Говорит одна девица, — то на весь крещеный мир приготовила б я пир». «Кабы я была царица, — Говорит её сестрица, — то на весь бы мир одна наткала я полотна». «Кабы я была царица, — третья молвила сестрица, — я б для батюшки-царя родила богатыря». — Сказав это, замолчала, продолжая смотреть на Василия с улыбкой.
— А дальше?
— А дальше, дорогой мой, если разрешишь, то услышишь там, на ёлочке всю эту сказку. Будет очень интересно. А ещё мы возьмём героев из народных сказок. Дед Мороз. Он принесёт для детей подарки в мешке. Печатные пряники, кренделя, девочкам куклы, возможно.
— Чудно это всё. Язычеством каким-то попахивает.
— Перестань, Василий, какое язычество? То сказка для детей и взрослых. Не более.
— Саш, конечно, сказку хотелось бы послушать… Может без всякой ёлки ты сказку расскажешь? — Великий Князь опять начал поглаживать меня по бедру. Я молчала, глядя на него. Он перешёл на грудь, поцеловал её. Увидела, что его хозяйство опять стало напрягаться. Ага, милый опять любви захотел. Но я не реагировала. Продолжала смотреть на него.
— Ну так как, Василий? Будем устраивать праздник детям, да и себе тоже?
— Саша, давай без ёлки и бояр. Да и Митрополит вдруг чего надумает, что мы тут непонятно, чем занимаемся. — Он наклонился и вновь поцеловал мне правую грудь.
— Так, с тобой, милый, всё понятно. Знаешь, что-то я устала. И ты, кстати, Великий Государь, прав. Надо бы нам нательные рубахи надеть. А то грех это голышом в постели лежать. Где там моя рубашка? Да и ты тоже надевай порты свои. — Я села на постели, потянулась к своей рубашке. Василий шокировано смотрел на меня. Ну а что, очень резкий переход от муси-пуси до давай спать, а то у меня что-то голова разболелась. Хотя пять минут назад ничего не болело и я активно занималась с ним любовью. — Что-то не так, Василий? Или ты меня силой взять хочешь?
— Александра, ты чего? То меня уверяла, что это нормально, спать голышом.
— Говорила. Но сейчас поразмыслила и решила, что ты, как Великий Князь и Государь всея Руси прав. А я была не права. Каюсь. Прости меня, ибо я женщина слабая, подвержена греху по своему скудоумию.
— У кого это скудоумие? У тебя? Уже не смешно… Саш… Перестань. Не надевай свою рубаху. И вообще, чего вскочила?.. Ладно, хорошо, давай ёлочку. Мне самому интересно.

















